Игорь Бурдонов

 

ЦЕНТР
или
КРАСНАЯ СТЕНА
или
КАРЬЕРА ИОГАННА БУРА

микроман

микроман

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Антилопа, жующая лист древа жизни. Глиняная таблица из шумерийского города Шуруппак (4500 лет назад).

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Круглее    круглого    Неба

микроман

Квадратней    квадратной    Земли

микроман

Выше    верхнего    Ветра

 

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Дни, подобные листьям, шуршали осенью мира.

Они шуршали под ногами, они рассыпались в пыль под ногами Идущего. Синяя птица с золотыми волосами сидела на левом его плече. Змея обвивала его правую руку. Он слегка подволакивал ногу и опирался на посох.

По аллее опавшей листвы прошлого он вышел к зелёному дому, чей шпиль высокий поднимался над лесом. Поднялся по лестнице старого мрамора, вошёл в кабинет, щёлкнул переключателем. По экрану компьютера долго кружил листопад, застывая в янтарном октаэдре. До критической массы оставалось не так уж много. Сидя в кресле, устало склонил он голову. Белые волосы скрыли его лицо. Только лёгкий ветер от вентилятора слегка тревожил его длинную бороду.

Со стороны могло показаться: он спит. Но он бодрствовал, как всегда, погружённый в раздумье. Только думы его, гонимые невидимым ветром, текли всё медленнее, подобно тяжёлой воде, густеющей с каждой милей и застывающей подобно янтарю у впадения в море. Синяя птица с золотыми волосами охраняла его покой, отгоняя назойливых мошек. Змея свернулась в кольцо на клавиатуре компьютера, надавливая гибким телом на чуткие клавиши в нужное время и в нужном месте. ¶

в начало фрагмента

Инструкция для детей

ДОРОГОЙ ДРУГ !

Ты нашел игру, которая есть книга, и книгу, которая есть игра. Внимательно прочитай эту инструкцию, и, мы надеемся, ты получишь удовольствие. Конечно, не такое, как от жизни, которая тоже есть игра, но всё-таки.

У этой игры три названия:

ЦЕНТР
КРАСНАЯ СТЕНА
КАРЬЕРА ИОГАННА БУРА

Это три измерения пространства, три уровня бытия, три стороны одной медали. Что ещё ты знаешь на цифру "три"? Подумай немножко.

Эта книга написана в жанре микромана. Это слово можно прочесть как микро-роман, или миксер-роман. Или, на английский манер, как micro-man, то есть микро-человек. Может быть, ты придумаешь ещё что-нибудь? Попробуй.

В эту игру можно играть двумя способами:

  1. Для ленивых - просто прочитай книгу подряд от начала до конца, как задумал автор, с помощью кнопки Путь Автора. Если ты что-то не поймёшь, не расстраивайся - так и задумано.

  2. Для азартных - нажимай все кнопки подряд: и Северо-Запад Северо-Запад, и Юго-Запад Юго-Запад , и Юго-Восток Юго-Восток, и Северо-Восток Северо-Восток. И читай книгу в том порядке, какой подсказала тебе фортуна. Если тебе что-то не понравится, не расстраивайся - так и задумано.

В любой момент ты можешь сбросить путь в начало с помощью кнопки Сброс текущего пути. А еще можно возвращаться назад по текущему пути с помощью кнопки Назад, а потом опять повторять движение вперед Вперед.

А если ты интеллектуал - попробуй разобраться в узорах книги и определить единственно правильный порядок её прочтения, основанный на законах жизни и смерти. Тогда нажимай нужные кнопки и не нажимай ненужных. Если тебе покажется, что ты умнее автора, не расстраивайся - так и задумано.

ЧТО БЫ ТЫ НИ ВЫБРАЛ, ТЕБЕ МОГУТ ПРИГОДИТЬСЯ КОЕ-КАКИЕ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ СВЕДЕНИЯ О ПРАВИЛАХ ИГРЫ.

ВОТ ОНИ.

Всё начинается с узора, нарисованного на глиняной таблице из шумерийского города Шуруппак. Этой таблице 4500 лет. На ней нарисована антилопа, жующая лист древа жизни.

Видишь узор рядом с антилопой?

Он выглядит вот так:

Игра заключается в рисовании узора. Вначале игровое поле пусто - узора ещё нет. Это Инструкция, которую ты читаешь.

В узоре четыре главных угла, в каждом углу сходятся три линии. Это четыре директивы ЦЕНТРа. Найди эти главы и посмотри на рисунки. Видишь человечка в главном углу? Это микроман.

Он выглядит вот так      или так
или так      или так

А всего на узоре двенадцать углов. Это двенадцать КРАСНЫХ СТЕН. Найди эти главы. Видишь стену?

Она выглядит вот так:

Если немножко подумать, то можно догадаться, что узор из шумерийского города Шуруппак нельзя нарисовать, не отрывая карандаша от бумаги. Но это можно сделать в четыре этапа. На каждом этапе начинаем из центра узора и заканчиваем в одном из главных углов узора.

Первый этап Второй этап
Четвёртый этап Третий этап

В начале каждого этапа человечек-микроман оказывается в центре узора, а в конце этапа - в главе директива ЦЕНТРа - напротив главного угла.

Кроме углов и центра, в узоре есть ещё 34 внутренние точки - точки пересечения линий. На первом этапе рисования узора мы проходим 13 внутренних точек, на втором этапе - 21 точку, на третьем этапе - снова 13 точек, и на четвёртом этапе - снова 21 точку. Каждую внутреннюю точку мы проходим два раза и всего получается 2x34=68 внутренних глав книги. Это 68 ступеней КАРЬЕРЫ ИОГАННА БУРА.

Когда мы проходим внутреннюю точку первый раз, это ступенька вверх: белый узор на чёрном игровом поле. Это жизнь.

Например, так:

Когда мы проходим внутреннюю точку повторно, это ступенька вниз: чёрный узор на белом игровом поле. Это смерть.

Например, так:

От жизни к смерти, и от смерти к жизни в Карьере Иоганна Бура можно перейти и с помощью кнопки Вверх-Вниз. Этой же кнопкой можно просмотреть все фрагменты центральной точки узора, и оба фрагмента каждого угла: фрагмент Красной Стены и фрагмент ЦЕНТРа.

В самом конце все красные стены и все человечки-микроманы выходят на игровое поле и раскланиваются. Эта глава называется "ОТ АВТОРА". Обрати внимание: четыре человечка-микромана в центре узора сливаются в странное существо:

Это Иоганн Бур? Это автор?
Это читатель? Это что?

 

И вот узор завершён.
Чёрный узор на белом фоне.

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


начало (1)

Время действия этой книги можно очертить довольно точно: конец 60-х - начало 70-х годов.

На карте Истории то время никак не обозначено.

Разве что, как "начало застоя".

На самом деле, именно то время породило наиболее романтичные идеи и наиболее трезвый взгляд на мир.

Тот, чьё сердце и разум остался в "оттепеле" 60-х, так ничего и не понял в 90-х. Тот, кто пришёл позже, опоздал.

Другой вопрос, что романтика наивна и пуглива, а трезвость горчит и останавливает.

Отсюда некоторая нервозность авторского предисловия.

Отсюда некоторая невразумительность всей этой книги.

Отсюда необходимость этих комментариев.

Сегодня, уже в 3-ем тысячелетии, то время кажется безнадёжно потерянным.

Но можно ли что-то потерять в этом мире?

Иногда мне кажется, что, наоборот, ни от чего невозможно избавиться. ¶

в начало фрагмента

Книгу о моём поколении написать нельзя.

Такая книга могла бы быть только постмодернистской. 

Но моему поколению постмодернизм глубоко противен. 

Если писать историю XX века, нам следует уделить лишь две строки: 

В шестидесятые они были ещё молоды. 
В девяностые они были уже стары. 

Поэтому, с точки зрения духа истории, нас попросту не было. 

Но то, чего нет, играет гораздо большую роль, чем то, что есть. Поэтому я пишу эти строки. Я долго сомневался: стоит ли писать книгу, которую нельзя написать? Я начинал эту книгу много раз. У неё много начал. И ни одного продолжения. Не говоря уже о конце: наш конец предшествовал нашему началу. 

Я говорю "мы", но знаю: не найти в моём поколении ни одного человека, который согласился бы со мной. Я сам не согласен с собой. Мы не составляем единства. Каждый идёт в мире своим путём. У каждого его путь заимствован: у кого-то - из прошлого, у кого-то - из будущего. Ни у кого - из настоящего. Потому что настоящего у нас не было. 

Да, у нас не было Времени. Поэтому в нас соединились все Времена: и прошлые, и будущие. Для того и существует Безвременье, чтобы соединять все Времена. Поэтому мы - нищие на рынке Времён. Поэтому мы, как цюрихские гномы, храним в подземельях своего сознания все Времена. 

Мало кто из нас готов признаться в своей бесполезности для Истории. В этом трудно найти удовлетворение жизни. Но если ты не поэт, не художник и не философ, тебе нет нужды растворять своё сердце во времени. Только они привязаны к стуку часов мёртвой цепью, потому что только они исследуют Вечность. 

Вечность - это синоним Бога. Но Бог отвернулся от моего Времени. И мы отвернулись от Него. Не верьте религиозным фанатикам моего поколения. Для нас Он явлен в форме своего несуществования. Для Всемогущего возможно и это. 

Я не знаю, зачем Ему понадобилось исследовать эту форму. Я мог бы легко признать, что Он есть. Сегодня это так легко! Но Он останавливает меня. Зачем-то Ему нужно моё неверие. Я не знаю, зачем... 

Я пишу книгу, которую сам не стал бы читать. Я не люблю экспериментальных форм, бессюжетных мозаик и незаконченных фраз. Я пишу книгу безрадостно, из одного только чувства долга. Перед моим Временем? Перед самим собой? Перед Ним? 

Да хрен с ними со всеми! И чувство долга мне глубоко противно. Я пишу эту книгу именно потому, что её невозможно писать. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


microman 1 (2)

Последние пункты этих наивных списков у каждого свои.

Но по сути всё одно и то же.

Одно и то же. ¶

в начало фрагмента

 

НАША ИДЕОЛОГИЯ базируется на трёх китах: 

кит N 1: Учение Боконона, излагаемое в романе Курта Воннегута "Колыбель для кошки". 

кит N 2: Философское содержание романа Арк. и Б. Стругацких "Улитка на склоне". 

кит N 3: Теория Рационализма, разработанная в программных документах операции ТЕРА. 
 

Литература

  1. "Колыбель для кошки". Курт Воннегут. 
  2. "Бойня N 5". Он же. 
  3. "Улитка на склоне". Арк. и Б. Стругацкие. 
  4. "Взгляд в перспективу". Материалы ТЕРА. 
Дополнительная литература
  1. "Наука логики". Георг Вильгельм Фридрих Гегель. 
  2. "Чай". Вильям Васильевич Похлёбкин. 
  3. "Свод Законов Паракратической Республики Бугуния" [вторая кодификация]. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


1 (3)

– Господин Бог! Я слышал... ¶

в начало фрагмента

 

 

Сон N 1.
 
 
- Господин посол! Я слышал, что Ваша страна предлагает мне своё гражданство. Но я хотел бы спросить у Вас, не будет ли мне в Вашей стране хуже, чем на родине? 

Посол посмотрел на меня слегка удивлённо и перевёл взгляд на свою секретаршу. У неё были немного растрёпаны волосы и помята блузка.

Я насторожился: вдруг он догадается? ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


2 (4)

Это ты.
Это не ты.
Это я.
Это не я.

Вот почему у него такое странное имя. 

Можно было бы считать это имя ненастоящим именем, псевдонимом, кличкой.

Но в глубине души каждый знает: настоящее - ещё менее настоящее, чем ненастоящее.

Например, дорога в этом фрагменте настоящая. ¶

в начало фрагмента

Утро было солнечное и он снова увидел эту дорогу. Он стоял на крыльце и смотрел. Он видел пруд с мутной жёлтой водой, потому что его недавно вырыли в глинистой почве, а за прудом огромным пузырём поднималось пшеничное поле; земля здесь вздыбилась, как будто собиралась родить что-нибудь ещё, кроме пшеницы и сорняков. Что-нибудь небывалое, титаническое. За полем виднелся лес, на границе земли и неба маняще парил лес с двумя чрезмерно высокими елями, похожими на мачты с порванными зелёными парусами. Между крыльцом и прудом проходила дорога: она начиналась от асфальтового шоссе, ровно прочерченного вдалеке, по которому двигались грузовики и автобусы, мелькали легковые автомобили, но шум их двигателей не доносился до крыльца. Дорога ныряла в Деревню и тяжко ползла между домами, глубоко роя землю канавами-колеями. В этих канавах-колеях любили буксовать колхозные грузовики и легкомысленные автомобили дачников. Но его интересовала не эта дорога, которая была понятной и привычной, которая имела ясное назначение - связывать Деревню с шоссе, которое связывало с городом, в котором были железнодорожные вокзалы и аэропорты, которые связывали со всей цивилизованной частью планеты, со всеми местами, где жили люди, потому что им там что-нибудь было нужно или потому, что они привыкли там жить. Он смотрел на боковую дорогу, ответвлявшуюся от главной дороги метрах в ста от крыльца, за старой ивой. Эта боковая дорога легко скользила по поверхности земли, лишь слегка касаясь её пыльными полосами-колеями, и уводила за деревню, уводила за холм, взлетала на него и спускалась вниз, постепенно сходя на нет, теряясь и бледнея. По этой дороге никто не ездил и было непонятно, для чего она существует и почему.  

Иммануил Иоганн Ибрагим Бур пошёл по этой никчемной дороге и поднялся на холм и сел на обочине в колючую пыльную траву спиной к Деревне. Впрочем, и Деревня повернулась к нему спиной, выставив тощие хозяйственные зады домов и отгородившись нейтральной полосой картофельных огородов. Припекало солнце, стрекотали кузнечики, и с неба лилось много белого света, который слепил глаза и навевал сон. Иммануил Бур протёр глаза и поднялся, и тут он услышал звон и мелкие частые звуки, похожие на звуки молоточков, или на перестук копыт по асфальту, или на автоматную очередь из весёлого приключенческого фильма, или на тот особенный звук, который возникает, если бежать с палкой в руках и стучать этой палкой по железным прутьям забора, а может быть, этот звук был похож на зубную дробь, которая выбивается от холода или страха. И эти звуки падали с неба вместе с потоками белого света, всё это сливалось вместе, в один свето-музыкальный поток. Иммануил Иоганн Ибрагим Бур поднял голову и смотрел на небо. Это было знамение Бога, если бы Бог был. Но Бога не было, и это было знамение с неизвестным источником. Однако, Иоганн Бур не понял знамения и решил, что просто перегрелся на солнце.  

Днём, валяясь на кровати на прохладной веранде, Ибрагим Бур сочинял бездарные стихи про небесную кузницу, где бородатые кузнецы куют наши сны и потому, мол, с неба доносятся звуки их молоточков. Стихи шли туго и ближе к вечеру, на закате, он снова поднялся по боковой дороге на холм, чтобы подкрепить своё угасающее вдохновение. И опять ему было знамение. На этот раз в виде солнечного диска, красного приплюснутого диска, который смотрел на Иммануила Бура пристально и проницательно, как всевидящее око, каковым оно и было, если бы был Бог. На этот раз стояла мёртвая тишина и красный глаз смотрел безмолвно, и притягивал и отталкивал одновременно, пока не начал мигать за вершинами леса и в конце концов не скрылся за ними совершенно. Это место на горизонте тут же затянулось облаками, и Иоганн Бур опять ничего не понял и решил, что это примета к хорошей погоде на завтра. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


3 (5)

Немотивированная попытка стилизации речи.

Может быть, автор представляет себя деревенским мужиком-пьяницей?

А впрочем, что мы знаем об авторе?

Может быть, он и есть пьяница.

Может быть, ты пьяница.

Может быть, не пьяниц вообще не существует.

Вот избы-то уже нет, отца твоего, бого... чево-чево? ¶

в начало фрагмента

Показания N 1.

Ну, сидим, значит, это мы в погребе. Вот как сейчас сидим. Тут я, тут Митька, он потом в яму, значит, угодил. Поначалу-то ямы такие были, может видали, маленькие такие, а глыбкие, что твой колодец. Вот он туда и угодил, ну и натурально, значит, захлебнулся, ко дну пошёл. Может, всплыл потом, врать не буду - не знаю, потому как мы с Фомичём ушли, конечно, - не стали дожидаться. Ну, а Фомич вон там сидел, на твоём, значит, очкарик, месте. Он, между прочим, Фомич-то, тоже стекляшки носил. Тоже, стало быть, очкарик... Но это только так говорится, потому что какой же Фомич очкарик? Он степенный мужик был, серьёзный, за стаканом никогда первый не тянется, а завсегда ему первому наливают, потому как уважают. Он стакан солидно держит, что вазу. А выпьет - не орёт, как другие, с веселья. Он вообще молчал всё больше, да и вправду сказать, какой у него разговор может быть - так, сипение одно и хрипение. Нету у него разговору... Ну, вот, значит... Сидим мы так, тихо, мирно. Пузырёк, натурально, по-ровному разделили, по справедливости. Однако, мало показалось. Ну, я, значит, и говорю: "Сейчас, - говорю, - старуха моя как уйдёт с огорода, так, значит, я и сбегать могу, если что." Ну, я уж и подыматься начал, а тут вдруг ка-а-к бахнет! Ясно дело, швырнуло меня да трахнуло... Да-а, ну, а как очнулись мы, стали из погреба-то вылазить. Вылезли - мать твою, богородицу! Избы-то нет... ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 1 (6)

Это называется ностальгия.

Ностальгия по чему?

По Иосифу Виссарионовичу?
По школьному саду?
По началу лета?
По Красной обезьяне?
По самому себе?

Невозможно определить.
Невозможность определить - источник поэзии.

Которая, тем самым, безгранична. ¶

в начало фрагмента

  Красная стена смотрит в школьный сад.

Она смотрит, как в окружении цветущих яблонь и груш на высоком постаменте красуется строгий серебряный бюст Иосифа Виссарионовича Сталина. Когда Иосиф Виссарионович умирает, бюст падает с постамента и остаётся лежать на клумбе. Иосиф Виссарионович лежит внизу, уткнувшись носом в чёрную землю школьного сада. Мало кто заходит в школьный сад, а за ветвями цветущих яблонь и груш постамент не виден. Дети забираются на постамент и стоят там вместо Сталина. 

Красная стена смотрит на это в Начале лета года Красной обезьяны. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


4 (7)

Чай с яблоками.

В легкой дымке бытия.

Ясность.

Недостижимая ясность.

Непостижимая ясность юности.

Неповторимая структура.

Не повторяется.

И даже птицы с золотыми волосами кажутся не таким уж дерьмом. ¶

в начало фрагмента

О ВЛИЯНИИ ЧАЯ НА СТРУКТУРУ ТЕКУЩЕГО МОМЕНТА

Превосходнейшая вещь - чай с яблоками! Выпив кружку такого чая, нужно снова долить кружку доверху и в ожидании, пока чай несколько поостынет, выкурить хорошую сигарету с фильтром. Это замечательное средство для улучшения структуры текущего момента.

Возникает приятная иллюзия ясности мысли (хотя самих мыслей может не быть вовсе). Повышается быстрота реакции и оживляется речь (даже если говорить всё равно нечего). Человек начинает чувствовать себя интеллектуалом и ему кажется, что изначальный смысл Бытия уже проглядывается в лёгкой дымке (такого быть, конечно, на самом деле не может, потому что всякий, кто думает, что ему понятны дела рук Господних, - глупец).

Отчего это синие птицы с золотыми волосами не любят чай? - подумал он. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


5 (8)

Ли Дань - это, конечно, Лао-цзы.

Когда он писал "Дао Дэ цзин".
На далекой западной заставе.
По просьбе ее начальника.

Загадка ухода на запад.
Что есть запад?

И что там делает автор?

Пытается остановить?
Пытается понять?
Хочет уйти?

Смысл в том, что на Китайской равнине дожди не приходят с запада. С запада пришло племя Чжоу.

Поэтому прошлое на западе.
Без дождей.
Без возврата.
Куда уходят.
Уходят навечно. ¶

в начало фрагмента

Над Западной заставой шёл дождь.

Это бывает редко, только при восточном ветре. Он пришёл пешком. Сушил у костра одежду, был молчалив. Наутро он хотел двигаться дальше, но начальник заставы уговорил его задержаться. Они были знакомы. Начальник заставы скучал и томился службой, он был рад гостю. Они провели три дня в разговорах. Я носил им в кабинет вино, лепёшки и сухое мясо. Вечером третьего дня начальник заставы достал два куска белого шёлка и попросил его записать свои слова. За это начальник заставы обещал ему подарить буйвола, сказав, что пешком ему вряд ли удастся переправиться через пустыню. Он писал всю ночь. Я растирал тушь. До рассвета мы не проронили ни слова.

Когда работа была закончена, он решил совершить прогулку и попросил меня сопровождать его. Я взял копьё и мы отправились в сторону северо-западных холмов. Солнце только что встало и его лучи летели горизонтально из-за наших спин до самого горизонта. Точнее, до того места, где должен быть горизонт, потому что его не было: жёлто-оранжевая земля и жёлто-белое небо сливались там совершенно.

Мы обогнули второй холм и подошли к заброшенному колодцу. Он сел на песок и попросил достать воды. Я сказал, что колодец высох и воды в нём нет. Но он настаивал. Я взялся за верёвку и потянул её. Вытащил рассохшееся деревянное ведро. Из щелей сыпался тонкий песок. Он приказал полить ему на руки. Я с удивлением смотрел, как он подставил руки под струю песка, как будто это была вода, трёт их одну о другую, потом сложил ладони ковшиком, подождал, пока наберётся горка песку, закрыл глаза и ополоснул лицо. Обтёр лицо полой халата.

Здесь ведь была вода, - сказал он.

Я решил, что он спрашивает меня:

- Это было очень давно.

- Вода стала песком.

- Она высохла.

- А чем станешь ты? Чем станет твоё копьё? Чем станет это ведро? Чем станет мой халат? Чем стану я? Чем станет Земля? Чем станет Небо?

Он вдруг вскочил, подбежал ко мне, обхватил за шею и закричал:

- Всё превращается! Ведь это Возвращение, правда? Вода стала песком! Великое Чжоу гибнет! Куда возвращается солнце? Что там на Западе?

- Там пустыня. А дальше - горы.

- А дальше? Дальше?! Зачем ты растирал мне тушь? Мои слова ничего не изменят!

- Ваши слова будут помнить и через две с половиной тысячи лет. - решился сказать я.

- С половиной? - он отпустил мою шею, сел на песок и сказал спокойно:- Зато я их уже забыл.

В полдень он сел на буйвола и отправился на запад. Его провожал начальник заставы. Я тоже стоял рядом, опершись на копьё. Он сидел на спине буйвола и, повернувшись, смотрел в нашу сторону. Потом он превратился в маленькую точку, ползущую среди песков. Потом точка исчезла. С запада подул лёгкий ветерок.

К вечеру ветер усилился. Два дня бушевала песчаная буря. На третий день небо прояснилось и начальник заставы вывесил белый шёлк, испещрённый пятью тысячами иероглифов, на воротах города. Из владения Чу прибыл гонец. Правитель Чу, узнавший, что Ли Дань ушёл в отставку с должности главного хранителя архива царства Чжоу, хотел пригласить его вернуться на родину. Но гонец опоздал.

Разведчики донесли, что с северо-запада движется большой отряд кочевников.

Я понял, что пора уходить и мне.¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


6 (9)

Танк.

Что означает танк?

И чистое голубое небо.

И роса на металле.

Тревожное ожидание?

Эта птица похожа на ствол пушки. ¶

в начало фрагмента

Пограничный автоматический танк неторопливо полз по дороге. Грохотали гусеницы, вздрагивал на выбоинах ствол пушки, медленно и равномерно поворачивалась антенна радара. Утренняя роса, выпавшая на броне танка, собиралась в крупные капли, соскальзывавшие струйками по округлым бокам машины. Тяжёлая влажная пыль едва поднималась над дорогой и снова опускалась в глубокие колеи. Танк скрывался за поворотом, постепенно замирал шум мотора и вновь воцарялась утренняя тишина.

На востоке из-за верхушек деревьев расплывалось малиновое пятно утренней зари. Совершенно чистое голубое небо казалось холодным и от этого было холодно елям и соснам в лесу, траве на обочине дороги.

Этот день начинался так же как всегда.

В пустом эфире белый шум насвистывал монгольскую пастушескую песню. Челн тишины скользил по волнам. Две школьницы прошли, о вечном щебеча. Змея, калачиком свернувшись, отдыхала. Но птица с золотыми волосами показалась из облака.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


7 (10)

Деревня.

Змея.

И монолог женщины.

Бессмысленное сочетание.
Двусмысленный текст.

Что хотел сказать автор?
Или прокричать?
Или прошептать?
Или промолчать? ¶

в начало фрагмента

По вечерам жители нашей Деревни обыкновенно собираются в одном месте. Мы пьём чай и сплетничаем. 

Я спросил у змеи: что бы значило это? Она подвинулась телом и прошептала двусмысленно: "Т-и-и-х-о...

Табуретка. У двери. Сядь - подумай. Ты ко мне пришёл? Так. Ты думаешь: я тебя жду. Ещё подумай. Ты думаешь: я тебя жду. Ты сядь, сядь. Звонка у меня нет. Стучать - громко - будешь? Решил уже? Я выйду. К тебе. 

Я спросил у змеи: что бы значило это? Она сложила губы в насмешливую бесконечность и прошептала двусмысленно: "Т-и-и-х-о...

К дьяволу, надоело. Я не бетономешалка. Если набраться терпения, можно получить то же - без видимых усилий. Что это - привычка - спешить? С товарищем справа... Через недельку намекнёт, что женщина, которая была у него в прошлый вторник, в общем-то его не очень интересует. От такого заявления я должна буду радостно вспыхнуть. А потом мне опять что-то помешает дождаться естественного конца и прослушать вынужденное признание (нужно же с чего-то начать, если эта дура молчит). А то ещё - интервью, типа: "О чём ты думаешь?" (с надеждой, что о нём). Чаще всего - ни о чём, или о том, что я должна сделать в пятницу утром... 

Я спросил у змеи: что бы значило это? Она заманила зрачками в какую-то глубокую воду и прошептала двусмысленно: "Т-и-и-х-о...

От сестрёнки пахло водкой. А она ещё молоденькая. Эшер моя фамилия. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


8 (11)

Очередь - это обычный прием.
Стандартный.

Кому же стоять в очереди, как не оболочке?

Жизнь в очереди.

Не спрашивай - за чем?
Не спрашивай - зачем?

Спрашивай - кто последний?
И становись.
Когда не сможешь, отслои оболочку.

А теперь вопрос: при чем тут Великий Квадрат?
Это из "Дао Дэ цзин".
"Благоприятна стойкость" - это из "И-цзин".
Это как-раз понятно - стойкость стоящего в очереди.
Смысл диалогов - в отсутствии оного. ¶

в начало фрагмента

ВЕЛИКИЙ КВАДРАТ
 
"Благоприятна стойкость"

Очередь исчезала в подворотне старого обшарпанного дома. Я занял своё место как раз во-время - подходила очередная проверка. От быстрого бега ладони вспотели и фиолетовый пятизначный номер слегка расплылся. Проверяющий - маленький скучного вида человек - недоверчиво разглядывал мою ладонь, поднеся её к самому своему носу, как будто нюхал, потёр пальцем, потом показал понятым, те вежливо взглянули и кивнули головами. Проверяющий вздохнул, строго посмотрел на меня, достал химический карандаш, послюнявил и аккуратно поправил надпись. Не сказав ни слова, все трое перешли к следующему по очереди. 

"Пронесло", - с облегчением подумал я. Хотя чего мне бояться? Очередь моя законная, соседи меня знают, подтвердить могут. Что старик в пальто с цигейковым воротником сзади меня, что девушка в синей куртке передо мной. Да ещё женщина с сумкой на колёсиках должна меня помнить - я у неё гривенник менял, чтобы двушка была - по телефону позвонить. И всё равно могли из очереди выкинуть: не понравишься кому, скажут "не стоял" и всё тут. Как докажешь, что номер не сам нарисовал? 

Сзади послышался шум. Все повернулись. Человек за тридцать от нас какой-то мужчина, высокий, в распахнутом полушубке и красном длинном шарфе, размахивал руками и что-то кричал проверяющему. Понятые пытались ухватить его за руки, но он не давался. Проверяющий тоже что-то кричал, потом достал свисток и свистнул. Машина подъехала быстро, из неё выскочили два солдата, скрутили мужчине руки и затолкали в кузов. Машина сразу уехала. 

- Вот ведь люди! - сказал старик в пальто с цигейковым воротником и посмотрел на меня, ища слушателя. - Так и норовят без очереди. Совсем совесть потеряли! 

- Да я его вроде бы помню, - попытался вступиться я, - он действительно где-то там стоял. Хотя, может быть, человек на десять подальше. 

- А я вот не помню! Сколько стою тут, а не помню! Всех помню, а его нет! И никуда я не отходил отсюдова! 

Я пожал плечами и отвернулся. Девушка в синей куртке тронула меня за рукав и тихо попросила: 

- Вы десять минут никуда не отойдёте? Мне нужно домой забежать - у меня ребёнок маленький один остался. Я быстро! 

- Хорошо, хорошо. 

- Спасибо, - девушка убежала. 

- И всё б вам только бегать, - не унимался старик. - Очередь на то и очередь, чтоб все стояли, а не шмыгали туда-сюда. 

- У неё ребёнок дома остался, - разъяснил я. 

- Знаем мы этих ребёнков! Мала ещё для ребёнков! Небось и мужа-то нет. 

Я стал смотреть вперёд. Там виднелся кусочек двора: красная кирпичная стена, ствол дерева, большой сугроб, уже почерневший с одного бока, брошенная детская лопатка и какой-то бумажный мусор в виде длинных и узких разноцветных лент. Эти ленты развевались на ветру лениво и однообразно. 

"Всё, больше не могу", - подумал я, отслоил оболочку и стал потихоньку выбираться. Около дерева оглянулся: старик всё ещё что-то говорил. Оболочка отвечала, кажется, вежливо. Даже достала сигареты и закурила. "Зря сигареты оставил, - подумал я, - придётся новые покупать".  ¶

в начало фрагмента

   

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 2 (12)

Какая могучая ностальгия!

Вот интересно: это автор был такой глупый, потому что молодой?
Или все были такие?

Вот интересно: это все теперь такие идиоты?
Или притворяются?

Автор-то точно притворяется. А, впрочем, и не особо.

Ему по-прежнему нравится Москва-Пекин.

Это такой воображаемый город будущего.

Где все поют песню.

И никто не несчастлив. ¶

в начало фрагмента

Все великие вожди любят детей. 

Председатель Мао тоже любит детей. Китайские пионеры повязывают красный галстук председателю Мао. 

В дни Малого изобилия года Синей овцы. 

Из окон льётся песня. Даже в школьном саду её слышно. Все поют песню "Москва-Пекин". Скоро Кремлёвская стена и Великая китайская стена сольются в одну Красную стену. Дети и взрослые будут гулять по Красной стене из Москвы в Пекин и из Пекина в Москву.¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


9 (13)

Что-то мне эта Деревня напоминает.

И куда делась птица?
Даже как-то скучно без нее.

Сканер - это, конечно, от танка.

А этот И.Бур, случайно, не придурочный?
Или это способ выжить?
Или способ жить?
Или способ?
Или? ¶

в начало фрагмента

Хоровое пение в нашей Деревне было делом ежедневным и обязательным. 

Для того, чтобы прочувствовать полное единение с коллективом, существуют только два эффективных способа: маршировать в колонне по четыре и петь хором. 

Иоганн Бур никогда не уклонялся от исполнения своего гражданского долга. Но, увы, он не имел ни слуха, ни голоса. Поэтому во время хоровых церемоний И.Бур старательно, но молча, открывал и закрывал рот, однако, дышал носом, выполняя различные пранаямы из хатха-йоги. Завершалось подобное пение глубоким ритмичным дыханием на счёт 6-3-6. 

Медленно двигалось солнце в щели горизонта. Электронный шарманщик наигрывал пьесу рассвета. Оживали деревья в лесу, и трава на лугу, и в деревне дома и коровы - всех их сканируя, луч световой чуть заметно дрожал.

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


10 (14)

Как ученый, я стихийный материалист.
Как художник, я ностальгирующий идеалист.
Как философ, я скептик.

Похоже, змея тоже женщина. ¶

в начало фрагмента

- В мире твоём слишком много свободы, - сказал он, спиной прислонившись к скале: - А значит - нет чести. 

Он замолчал, ковыряя в трещине камня кончиком шпаги. 

Тёплое море плескалось, шуршал песок. Ветер, вернувшийся из лабиринта, гудел монотонно. 

Вздох... Хрип. Крик. Топочет, до визга напряжены мышцы - ноги, ноги, ноги... Стены обрываются и летят вниз, за плечи - в одну линию - бетонный тоннель, конец - нет конца. Поворот, ещё - то же. Пляшет, глумится лабиринт, кружит... Окна оскалились раскорёженными рамами, захлюпали, заквакали, задребезжали стёклами. Гон. Травля. Ату его, ату! Плеском, воплем о камни разбилось... 

Я спросил у змеи: что бы значило это? Тихо сбросила кожу она. Я отвернулся, чтобы не видеть её обнажённой. 

- В сущности нет изменений. - он заключил и, в плащ завернувшись, исчез. 

Прохладное тело змеи на моей спине, острые камни под моими ладонями. Головешки на пляже.¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


11 (15)

Ключевая фраза: "взвел курок".

Это важный момент в жизни каждого человека. ¶

в начало фрагмента

Когда пробило полночь, человек сидел за столом, обхватив голову руками, и нельзя было понять, спит ли он или напряжённо размышляет о чём-то. Через минуту он очнулся и закурил сигарету. 

Человек положил перед собой чистый лист бумаги и медленно отвинтил колпачок авторучки. Он снова задумался, выпустил колечко дыма, а затем резким размашистым почерком написал всего три слова. И сразу же смял бумагу и поджёг её от сигареты. Он подержал горящую бумагу в руке, чтобы пламя охватило её со всех сторон, а потом осторожно положил в пепельницу. В этот момент раздался стук в дверь... 

За дверью стоял... да нет, пожалуй, стояло маленькое сморщенное существо, жёлтое и испуганное. 

- Заходи, - приказал человек и быстро притворил за гостем дверь. 

- Я не хотел этого, - пропищало существо и закашлялось частым лающим кашлем, прикрывая старушечий маленький рот пухлой, как у ребёнка, ручкой. 

- Знаю, - человек подошёл к столу и молча указал на чёрный пепел сгоревшей бумаги. 

Сквозь жёлтые обвисшие щёки гостя проступил яркий малиновый румянец. Узкие заплывшие глазки его ещё больше сузились, почти закрылись. Неожиданно резким громким голосом он сказал: 

- Ты не имел права этого делать! Такие вещи даром не проходят! 

Человек усмехнулся и раздавил сигарету в пепельнице. Остатки бумаги рассыпались в прах, смешались с пеплом от сигарет. Потом он выдвинул ящик стола - там лежал пистолет с именной надписью "Александру в день его похорон". Жёлтое существо отступило на шаг назад к двери: 

- Александр! Что ты собираешься делать? 

Человек взвёл курок.¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


12 (16)

Республика тоже кое-что напоминает.

Здесь какая-то странная смесь утопии и анти-утопии.

То есть, все как в жизни.

И все-таки остается странное ощущение: симпатизирует автор или наоборот?
Симпатизируешь ты или наоброт?

Такое впечатление, что  из самой лучшей утопии с неизбежностью следуют некоторые следствия, превращающие ее в анти-утопию.

Неизбежность каждым воспринимается по-своему и в зависимости от настроения и расположения светил: как симпатия или как "а пошли вы все..." ¶

в начало фрагмента

Каждый, вступающий на территорию Паракратической Республики Бугуния, становится её гражданином. 

Население Бугунии невелико и занимается исключительно государственной службой. По утрам, при восходе солнца, едва раздаётся трубный звук Республиканской Сирены, толпы народа стекаются к Центральному (и единственному) Зданию Правительства. 

В Республике Бугуния все виды человеческой деятельности, включая самые худшие, разрешены, но подконтрольны. 

Принятие законов осуществляется всем народом при помощи компьютерной сети, охватывающей все жилые и нежилые помещения, а также сады, парки, огороды и лесные поляны. Исполнительная власть засекречена и недоступна. 

Экономика Бугунии целиком базируется на импорте и штурмовых отрядах. Колонны грузовиков глубокой ночью выезжают через главные Ворота Республики. Они возвращаются на рассвете. Источник товаров широкого потребления - мародёрство в разрушенных городах и грабёж в городах ещё не разрушенных за пределами Бугунии. 

Существует также версия, согласно которой эти города расположены, хотя и вдоль границ, но всё же в пределах Республики. Распространение этой версии наказывается пожизненным заключением с конфискацией имущества. 

Государственный гимн Бугунии - старинный рок-шлягер "Дым отечества". ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


13 (17)

Голова в гуще белого облака яблоневого цвета - это классно! 

А говорящая стена - ну, не чушь ли?

Впрочем, есть ведь Западная Стена (по-русски: Стена Плача).
Или она больше молчит?

Кто сказал, что лучшее говорение есть молчание? Я, что ли.

Про зеркала - это да, это такое что-то буддийское, примитивное. И одновременно, из русско-цыганских святочных гаданий. Кажется, насчет суженого.

Квадрат, как всегда, из "Дао дэ цзин". ¶

в начало фрагмента

После оттепели ударил мороз и деревья покрылись густым инеем. Вот яблони - будто утопают в яблоневом цвете. А ещё солнце, мутное за белой пеленой, роняет сюда такой свет, какой бывает только в садах в пору цветения, когда встанешь под яблоню и просунешь голову в самую гущу белого облака. 

Сад заканчивался высокой красной глухой стеной дома. Она тоже была покрыта прозрачной плёнкой инея. Я приложил руки и на стене остались тёмные отпечатки ладоней. 

- Так ты говоришь, человек бесконечен? Человек - это целый мир, Вселенная? 

- Как я могу думать иначе? 

- Так ли уж сложен человек в действительности или это иллюзия самосознания? Если два зеркала держать одно напротив другого, то получится бесконечный коридор, беспредельная анфилада комнат. Но это иллюзия взаимоотражения. На самом то деле есть всего лишь два зеркала. 

- Пусть зеркало, но оно отражает весь мир, а не только само себя. 

- Такое маленькое зеркало, что ты держишь в руках, не способно вместить весь мир. Мир не поместится в его четырёх углах, разве что половина комнаты, кусок окна, да твоё лицо. Только Великий Квадрат не имеет углов. 

- Кто же из людей может быть назван Великим? 

- Каждый. 

- Что нужно для этого? 

В небе открылся солнечный диск и вся стена вспыхнула ослепительным светом. Я зажмурился.¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


ЦЕНТР 1 (18)

Смесь Боконона из "Колыбели для кошки" Воннегута и первой части "Улитки на склоне" Стругацких.

Однако, сам "Центр" - из другой оперы.
Тоталитарно-фантастической.

В свое время были космические романы  о коммунизме в 30-м тысячелетии в галактических масштабах. Об этом любили писать Гессе в "Игре в бисер", Азимов в "Конце Вечности", Саймак в "Городе", Стругацкие в "Жуке в муравейнике" и т.д. Фактически, все американские космические оперы - о коммунизме в 30-м тысячелетии в галактических масштабах. В некотором смысле святые писания мировых религий - о том же.

Здесь ведь что важно: директивы Центра бессмысленны, но они образуют систему. А система - это и есть коммунизм в 30-м тысячелетии в галактических масштабах.

Или, что то же самое, - Бог, который все про тебя знает и имеет довольно сложные планы, касающиеся именно тебя. ¶

в начало фрагмента

ВСЕМ!   ВСЕМ!   ВСЕМ!
 НА   ТО   УПОЛНОМОЧЕННЫМ.

    СРОЧНАЯ ДИРЕКТИВА ЦЕНТРА 

Сообщаем, что по недосмотру тамошних властей на днях Верхняя Деревня сплошь поросла грибами. Куски янтаря, обнаруженные при раскопках, оказались замутнёнными суетой и буднями. У потерпевших резко усилился рост волос на ушах. В результате сложных хозяйственных пертурбаций Одержание приостановилось, а местами даже трансформировалось во вредоносное Недержание. Локальный катаклизм вызвал серьёзную угрозу Заболачивания почвы. Необходимо принятие срочных мер по раскрепощению духа. 

Жителям Средних и Нижних Деревень рекомендуется вникнуть в структуру данного момента и впредь поддерживать янтарь в прозрачном состоянии. Посадочную площадку расчистить и приготовиться к приёму вин-дитов*. В связи с полосой Дней Непонятного Предназначения всем на то уполномоченным срочно осознать своё место в Координации и высвободить своё "Я" из-под мелочей. Во избежание недоразумений провести инвентаризацию карассов и чистку гранфаллонов - возможна Ревизия. 

ЖДИТЕ НАШИХ СООБЩЕНИЙ

О ПРОДВИЖЕНИИ ГРИБНОГО НАШЕСТВИЯ

Post scriptum
Всем, бреющим уши, немедленно явиться в Пункт для регистрации.

18.11.  ЦЕНТР

*вин-дит - внезапный толчок по направлению к Боконизму, к пониманию того, что Господь Бог всё про тебя знает и имеет довольно сложные планы, касающиеся именно тебя.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


microman 2 (19)

БЫСТРО, БЫСТРО ЛЕТИ, МОТЫЛЕК,
НАД ФУДЗИ-РЕКОЙ.
ВНИЗ ДО САМЫХ ГЛУБИН.

АСИС, сын рыбака.

в начало фрагмента

 

" ТИХО, ТИХО ПОЛЗИ, УЛИТКА,
ПО СКЛОНУ ФУДЗИ
ВВЕРХ ДО САМЫХ ВЫСОТ. "

ИССА, сын крестьянина. 

"Улитка на склоне" - это точное определение положения каждого из нас в отдельности и всех нас вместе взятых в этом мире. Это определение пессимистично. По неколебимым законам Боконизма лишь констатация безнадёжности ситуации может служить отправной точкой в движении. Никогда и нигде оптимизм не служил основанием для надежд. 

Мы - группа улиток у подножия Фудзи, наивно полагающих, что им удастся добраться до самых высот и мечтающих об этом. 

Наш путь будет трудным и неоднозначным. Это будет сам себя конструирующий путь. Этот путь никогда не будет завершён и мы никогда не достигнем своей цели, разве что на Небесах. 

Боконон говорит, что карасс - это группа людей, выполняющих Божью волю, не ведая что творят. Гранфаллон - это ложный карасс. Наша цель - это наш карасс. Мы будем идти через трупы отслуживших свой век гранфаллонов. 

Мы следуем Теории Рационализма. Она помогает нам оставаться эгоистами в общем деле и следовать велениям разума более, нежели велениям неразумным. Всегда и везде мы будем исходить лишь из своих интересов. Никогда мы не станемпретендовать на истину в конечной инстанции. Ни в каком деле мы не будем фанатиками. 

Мы будем точно знать, что у каждой медали есть оборотная сторона. Мы никогда не возжелаем переустройства мира. Мы не станем доискиваться причин для того, чтобы изменить мир к лучшему. Потому что мы будем помнить о за-ма-ки-бо (судьба = неизбежный рок = случайная мутация = ошибка в программе = опечатка в тексте) и о том, что всё происходит потому, что такова структура текущего момента. 

Но мы не можем претендовать на понимание дел рук Господних. Поэтому мы будем стремиться достигнуть самых высот. Мы объединим свои усилия в этом безнадёжном предприятии. 

Я спросил у улитки: прекрасен ли пройденный путь? Но она промолчала, зачарованно глядя на кончики рожек своих. Две могучих державы, что жили на них, перемирие снова нарушив, сражались, поливая друг друга огнём и мечом, так что Фудзи-гора вся светилась. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


14 (20)

Время - естественная среда обитания человека, в которой у человека есть только один естественный смертельный враг - время. Схватка с ним неизбежна, как неизбежно и поражение человека, заканчивающееся смертью.

И в то же время, пока не нанесен последний смертельный удар, только время способно лечить наши раны, которые не поддаются никакому иному лечению.

Можно сказать, что человек соткан из времени: из дней и годов, мгновений и жизни. Так что человек борется сам с собой и сам над собой одерживает победу, плодами которой он, правда, не успевает воспользоваться.

В конце концов, нас много, а время одно.

Оно течет и мы вместе с ним. Оно утекает, а мы остаемся, подобно листьям, прибитым к берегу реки. ¶

в начало фрагмента

Жизнь человека слагается из дней.

Дни бывают разные. У каждого дня есть своё предназначение. Мы, правда, можем и не догадываться о его предназначении, или узнать об этом позже.

И есть дни, единственное предназначение которых состоит в том, чтобы служить ВЕРСТОВЫМИ СТОЛБАМИ в нашей жизни. По ним мы отмериваем прошедшее время. Никакой другой пользы такие дни нам не приносят. Структура их проста и примитивна. Таких дней большинство.

А есть ДНИ ВЫСОКОГО ПРЕДНАЗНАЧЕНИЯ.

Это, прежде всего, дни вин-дитов (внезапных толчков по направлению к Боконизму, к пониманию того, что Господь Бог всё про тебя знает и имеет довольно сложные планы, касающиеся именно тебя). А также вообще дни, связанные с проникновением в суть вещей и с осознанием истины или, что то же самое, лжи мира. Иначе такие дни можно назвать ДНЯМИ ИНТУИТИВНОГО ПРОНИКНОВЕНИЯ.

Наконец, бывают дни, предназначение которых непонятно даже Господу Богу. Это - ДНИ НЕПОНЯТНОГО ПРЕДНАЗНАЧЕНИЯ. Они-то и определяют координацию мира, разделяют добро и зло, восстанавливают или разрушают справедливость, и вообще всячески доводят иррациональную сущность бытия до абсурда, то есть до логического конца. 

Вообще говоря, всякий день - это ничто иное, как кусок янтаря, в котором мы застыли как мошки. Но дни - верстовые столбы - не заслуживают того, чтобы быть янтарём. Янтарь вырабатывается часами только в дни высокого или непонятного предназначения. 

В конце дня, в два часа ночи, из часов через специальное отверстие выскакивает янтарь, содержащий прошедший день. Эти куски янтаря можно хранить, классифицировать, сортировать, любоваться ими и т.п. 

В часах есть также ещё одно специальное отверстие. Если в это отверстие вставить кусок янтаря, то текущий момент времени прервётся и наступит тот день, который был заключён в куске янтаря. По истечении этого дня вновь продолжится прерванный момент времени. 

В Паракратической республике Бугуния янтарь играет роль денег. Согласно господствующей экономической теории, только прошлое может служить надёжным мерилом ценности вещей.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

 

Комментарий


15 (21)

 

Будни, заполненные заботами и скукой, тяжёлыми серыми кирпичами ложились на здание его жизни. Эта однообразная угрюмая постройка вызывала лишь одно чувство - бесконечную монотонную ноющую тоску. Без окон и дверей, она походила на склеп, в котором был заживо замурован этот во всех отношениях необычайный человек. Даже безысходная посредственность его жизни поражала своей крайней, противоестественной покорностью судьбе. Фундаментальная монолитная безоговорочная серость. Эта доведённая до крайности обывательщина неожиданным образом переставала быть сама собой, выходила за свои границы и обращалась в свою противоположность. Демонстративная, вопиющая обыденность так же мало похожа на обыденность, как бесконечность - на любое сколь угодно большое, но конечное, число.

Праздники, заполненные развлечениями и весельем, тяжёлыми розовыми кирпичами ложилисьпод здание его жизни. Этот однообразный несуразный фундамент вызывал лишь одно - бесконечный монотонный истерический смех. Из одних окон и дверей, он походила на клетку, в котором был заживо замурован этот во всех отношениях необычайный человек. Даже безысходная экстравагантность его жизни поражала своей крайней, противоестественной непредсказуемостью. Фундаментальная монолитная безоговорочная веселость. Это доведённая до крайности радость неожиданным образом переставала быть сама собой, выходила за свои границы и обращалась в свою противоположность. Демонстративная, вопиющая радость так же мало похожа на радость, как бесконечность - на любое сколь угодно большое, но конечное, число.

Высокий, худой, с длинными костлявыми руками и лошадиной физиономией, он проводил долгие вечера за кружкой пива в компании приятелей, вид которых ассоциировался лишь с одним единственным словом - "тупость". Он говорил своим ямщицким басом банальнейшие, да к тому же неграмотно построенные, фразы. Неизменной темой их разговора было качество сегодняшнего пива, да изредка женщины, которых они именовали не иначе, как каким-нибудь бранным словом. Пошатывающиеся, с осоловелыми глазами, они выползали из пивной последними и разбредались по своим домам, грязно ругаясь и беспрестанно плюясь себе под ноги. 
Низкий, толстый, с короткими круглыми руками и приплюснутой физиономией, он проводил долгие утра за бокалом шампанского в компании девиц, вид которых ни с чем не ассоциировался. Он говорил своим кастратным тенором парадоксальные, но всегда идеально правильно построенные, фразы. Неизменной темой их разговора было качество сегодняшнего искусства, да изредка искусства вчерашнего, которое они именовали не иначе, как каким-нибудь возвышенным словом. Подпрыгивающие, с блестящими глазами, они вылетали из автомобилей на лужайку и разбредались по рощицам, с песнями и танцами. 
Наутро, угрюмый и невыспавшийся, в дорогом, но скверно пошитом костюме, он отправлялся к себе в контору, пропахшую пылью и плесенью. Целый день он протирал штаны за конторским столом, забрызганным чернилами и изрезанным перочинным ножом для очинки карандашей, переписывая и составляя заново какие-то испещрённые цифрами бумаги, пощёлкивая своими длинными пальцами на счётах и изгрызая до самого грифеля толстый синий карандаш для пометок. Ровно в час дня он складывал бумаги аккуратной стопкой, засовывал измусоленный карандаш в нагрудный карман пиджака и шёл обедать в дешёвую столовую через улицу. Ровно в шесть вечера он сгребал всё, что было на столе, в необъятный выдвижной ящик, запирал его на ключ, который вешал на гвоздь у входа в свою комнату, и плёлся домой. Дома, переодевшись в точно такой же, но погрязнее, костюм, он, немного повеселев, шёл снова в пивную, куда приходил первым и садился за один и тот же стол в углу у окна, поджидая приятелей и дымя дрянной сигаретой с махорочным табаком. 
К вечеру, бодрый и отдохнувший, в простом, но элегантно пошитом костюме, он отправлялся к себе домой, пропахший цветами и винами. Весь вечер он ходил из комнаты в комнату, уставленными красивой мебелью и завешанными картинами в дорогих рамах, расставляя и переставляя заново какие-то бесконечные экзотические фигуркии, свезенные со всех концов света, поглаживая их своими короткими пальцами и слюнявя мундштук янтарной трубки. Ровно в час ночи он запирал все двери, засовывал измусоленную трубку в нагрудный карман пиджака и шёл спать в дорогую кровать под балдахином. Ровно в шесть утра он просыпался, вываливал на стол из необъятного холодильника деликатесы и долго завтракал. Переодевшись в точно такой же, но поизящнее, костюм, он, немного погрустнев, шёл снова в ресторан, куда приходил последним и где его уже ждали приятельницы, попивая шампанское и попыхивая длинными тонкими французскими сигаретами. 
В выходные и праздничные дни он спал до трёх часов. Иногда ходил в кино, судя по всему, не обращая внимания на название фильма - он смотрел фильм как таковой и, если бы ему вдруг показали просто набор бессвязных кадров, он, вероятно, получил бы ничуть не меньшее удовольствие, чем от любого другого фильма. Иногда он читал какую-нибудь книгу, которую покупал в тот же день в какой-нибудь лавке вместе с сигаретами, сообразуясь с ценой и яркостью суперобложки. Раз в два-три месяца он бывал на городском ипподроме, громко и азартно "болея", отчаянно размахивая руками и то и дело подпрыгивая на своём месте. Но ни разу не было замечено, чтобы он делал какие-нибудь ставки или заключал бы пари. 
В будни он вставал еще раньше. Иногда ходил на службу, судя по всему, не обращая внимания на существо дела - он выполнял работу как таковую и, если бы ему вдруг предложили перекладывать чистую бумагу из одной стопки в другую, он, вероятно, получил бы ничуть не меньшее удовлетворение, чем от любой другой работы. Иногда он читал какую-нибудь книгу, которую долго выбирал в антикварном магазине, сообразуясь с именем автора и годом издания. Раз в два-три месяца он бывал на городском ипподроме, тихо и молча глядя на поле, как будто ему все это было неинтересно. Но при этом делал огромные ставки и заключал бесчисленные пари. 
Он был вполне доволен этой бесцветной, совершенно никчемной жизнью. И лишь два или три раза в сильном хмелю, путано и бессвязно высказывался в том духе, что это всё-де какая-то подготовка, предварительный этап и даже как-то употребил абсолютно несвойственное и казалось бы незнакомое ему выражение "эмбриональное состояние", что, конечно, могло насторожить и заинтересовать умного и внимательного человека, но только не его тупоголовых приятелей.  ¶
Он был вполне доволен этой разноцветной, совершенно никчемной жизнью. И лишь два или три раза в сильном хмелю, долго и красиво рассуждал в том духе, что это всё-де какая-то подготовка, предварительный этап и даже как-то употребил абсолютно несвойственное и казалось бы незнакомое ему выражение "а пошли вы все на х...", что, конечно, не могло ни насторожить, ни заинтересовать его продвинутых приятельниц.  ¶
в начало фрагмента
в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


16 (22)

Забавно, что вывод, который делает автор, прямо противоположен тому, который делали древние.

Они-то думали, что, если Умеющий говорить идет над пропастью, то это лучшее доказательство его существования. ¶

в начало фрагмента

 

Я любил тебя, Умеющий говорить.

Я верил твоим словам. О, как глубоки были твои слова! Как звенели струны твоих речей! Как быстро неслись стрелы! Как точно попадали в цель!

Я шел за тобой, Умеющий говорить.

Ты мог показать дорогу, и мне казалось, я тоже вижу ее. Но теперь наши пути разошлись. Может быть, потому, что я споткнулся и вдруг увидел: впереди пропасть. Ты пошел дальше. 

Ты шел над пропастью, Умеющий говорить!

И я понял, что тебя нет. Я навсегда распрощался с тобой и ухожу по узкой тропе. Высокие стебли трав скрыли от меня все слова твои. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 3 (23)

В этой незатейливой истории - суть микромана и времени.

Вы хоть понимаете, что в то время в Москве не было китайских рынков и магазинов?! 

Год 1953.

Короче, Москва-Пекин.

А еще: голубика, песок, сосны и муравьиные львы.

Хотел бы я снова жить в этом желтом доме.

Хорошо, что подобные мечты неосуществимы: дом-то махонький, неустроенный, без удобств, к черту на куличиках и т.п.

А ведь это так важно!
Важнее, чем душа, да?

Которая из семи земных душ по и трех небесных душ хунь? ¶

в начало фрагмента

 

В летнем лагере Артиллерийской Академии имени Феликса Эдмундовича Дзержинского под Гороховцом во время Малой жары года Синей лошади китайский военный знакомится с советским мальчиком. 

Они сидят на лавочке рядом с синим домом, в котором китайские военные слушают лекции. Земля усыпана красной сосновой хвоей. 

Они сидят на лавочке рядом с жёлтым домом, наполовину вкопанным в песок. В этом доме китайские военные тоже слушают лекции. Здесь высокие сосны кончаются и дальше - чистый песок, в котором маленькие сосны растут и муравьиные львы делают свои лунки. 

Осенью, уже в Москве китайский военный приходит в гости к мальчику. В дом, красная стена которого смотрит в школьный сад. Он дарит советскому мальчику китайскую закладку для книг. Мама и бабушка мальчика угощают китайского военного русской водкой, а сами пьют сладкую наливку из ягоды голубики, которую собрали в летнем лагере Артиллерийской Академии под Гороховцом. Но бабушка ошибается - вместо водки в бутылке хранится уксус. Китайский военный выпивает только одну рюмку, а от второй вежливо отказывается и скоро уходит. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


17 (24)

Птичку, конечно, жалко.

А вообще-то автор долдонит про что-то свое, непонятное.

Прекрасная-ужасная - какая разница! Все равно их не бывает.

И зрелости не бывает.

Опыт смены поколений неопровержимо доказывает: сразу за юностью наступает старость. Или смерть - это кому как повезет. ¶

в начало фрагмента

Нарисована тонкою линией, принцесса такая прекрасная. Нахмурено детское личико. Она видит, как старый палач промахнулся своим топором. 

Юность мечтает и полна надежд. Но надо жить, и ради жизни мечту предают. Это зовётся зрелостью. Это не так красиво, но зато реально. А потом приходит старость и видит: жизнь идёт к концу, и остаются всё те же мечты. Одни мечты и почти никакой реальности, кроме болезней. Далее происходит смена поколений. 

Плачет принцесса от злости. Плачет палач от досады. Плачет преступник от удивления. Плачут зрители от умиления. 

Над всем этим кружит, и кружит, и кружит птица с золотыми волосами. Она питается взглядами и голосами, но избегает прикосновений.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


18 (25)

Обычная история.

Непонятно, зачем автор ее сюда поместил?

Ради люстры?

Или ему нравятся грубые ковры необъятной величины, гигантские кожаные потёртые вертящиеся кресла и столы, заваленные в несколько слоёв бумагами, книгами (преимущественно раскрытыми) и фотографиями, возвышающиеся над облаками дыма подобно горе Арарат? ¶

в начало фрагмента

Бывший президент какой-то страны, старый дипломат, философ и развратник, человек неопределённых занятий, всегда при деньгах, холостяк, сэр Джон курил трубку, только трубку и ничего, кроме трубки. 

Клубы заморского дыма тяжело опускались на грубый ковер необъятной величины, устилавший пол кабинета. Стол, заваленный в несколько слоев бумагами, книгами (преимущественно раскрытыми) и фотографиями, возвышался над облаками дыма подобно горе Арарат. За столом в гигантском кожаном потёртом вертящемся кресле восседал экс-президент в халате и тапочках. За его широкой спиной горел камин и бросал кровавые огненные блики на книги. Книжные полки в этом доме заменяли собою стены. 

Сэр Джон курил молча и мрачно, с достоинством выпуская массивные кольца дыма. 

В окне шестнадцатого этажа роскошного отеля показалась голая баба. "Операция началась", - прошептал мужчина в широкополой шляпе, надвинутой на нос. Это был условный знак. 

В ресторан вошёл неизвестный человек и выстрелил. Пуля перебила трос, на котором висела люстра. Люстра упала и задавила двадцать человек.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


19 (26)

Саагун мне всегда нравился.

Как человек, он ничего особенного из себя не представлял. С ним было даже скучно.

Зато, как кот, он был великолепен. Можно было часами сидеть вместе с ним и молчать.

Дело было в деревне Федюково, не доезжая Волоколамска. Дом был крайним на деревенской улице, его было видно уже с шоссе.

Если смотреть в окно, выходящее в сад, то видишь сквозь ветви яблонь поле и лес за ним.

Если сесть спиной к окну, будешь смотреть, как тихо ходят по длинным половикам привидения. Можно даже себя увидеть. ¶

в начало фрагмента

 

ДВЕРЬ В СТЕНЕ.

Часы били вразнобой. Маленькие ходики стучали часто, торопливо, с какой-то суетностью. Крупные стенные часы, напротив, солидно и с чувством внутреннего достоинства отбивали секунды. Странно, что, несмотря на такую противоположность, и те и другие часы показывали одно и то же правильное время. 

- Забавно. - решил Саагун и стал смотреть в окно на заснеженное поле: 

- Снег - это, пожалуй, самое абстрактное, что есть на этой планете. Рядом со снегом даже ветка яблони - казалось бы, самая наиреальнейшая и обыденнейшая своей первобытной древней обыденностью вещь - и та кажется немного не от мира сего, таинственной и космически значительной. А если всмотреться в ту часть горизонта, где нет леса и где белое поле сливается с серым небом, то возникает ощущение ещё большего отчуждения. Круглая ограниченность земли прорывается, небо опускается на планету в каких-нибудь 2-3 километрах от наблюдателя и мысль, ползущая по поверхности земли, достигает горизонта и вместо того, чтобы привычно и скучно скрыться за ним, вдруг взмывает круто вверх - на небо, и вот она уже над головой в своём снежном великолепии, торжествующая и пугающая. 

- Интересно было бы в связи с этим сравнить психологию северных и южных народов. - подумал напоследок Саагун и ушёл в себя. 

Если бы кто-нибудь вошёл в этот момент в избу, он не нашёл бы в ней никого, кроме большого серого кота, свернувшегося клубком на подоконнике. Однако, было бы неверно думать, будто мысли об абстрактной сущности снега принадлежали этому коту. Животным, как известно, понятийное мышление не свойственно. Мысли эти принадлежали самому обыкновенному человеку по имени Саагун, вся оригинальность которого заключалась лишь в том, что он превращался в большого серого кота, когда уходил в себя.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


20 (27)

Я испытываю необыкновенное почтение к часовых дел мастерам. Они ковыряются в механизме самого времени. И что-то там подкручивают, подвинчивают.

Что касается утреннего тумана, то в нем двигаться всегда как-то странно. Когда туман рассеивается, испытываешь облечение и разочарование. ¶

в начало фрагмента

 

Время само по себе не существует - его надо делать. Генераторы времени называются часами. Каждые часы имеют определённый радиус действия. Они вырабатывают время хорошего или плохого качества. Если часы спешат - время идёт быстрее, если часы отстают - время идёт медленнее, если часы ломаются - время останавливается. 

Когда человек отправляется в далёкое путешествие, он обязательно берёт с собой часы, потому что там может не быть местных часов и, значит, времени. Бывали случаи, когда люди уезжали куда-нибудь и не возвращались, потому что у них ломались часы. И только много лет спустя их находили потомки, которые отправлялись в то же место с исправными часами. Тогда путешественники оживали как ни в чём ни бывало. 

Только улитка в тумане утреннем не обращает внимания на часы. Как удаётся ей двигаться вне времени? Правда, медленно очень, но всё же.

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


21 (28)

Ты спросишь: - Что будет после?

- Буду ветром кружить над лугами.

в начало фрагмента

Невидимый смерч одинокого духа
Ойлин!
 
Ты любишь гулять по вершинам холмов, и по склону горы, и у тихой воды пруда.
 
Невидимый смерч одинокого духа
Ойлин!
 
Тебя повстречал я на земляничной тропе.
 
Невидимый смерч одинокого духа Ойлин!
 
Меня научил ты дыханию чистых высот.
Меня научил ты печальному взору судьбы.
Меня научил ты беспримесной радости жить.
 
Невидимый смерч одинокого духа
Ойлин!
 
Тебя я просил это время остановить.
 
Невидимый смерч одинокого духа
Ойлин!
 

Зачем ты ответил "нет"?

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—8 (29)

Когда-то я написал "Трактат о природе сентиментальности". Философ и мой бывший друг Вадим Беров, отнесясь к сему опусу со всей серьезностью, предложил расцветить текст картинками, которые мы вместе с ним и смастерили примитивным компьютерным способом.

Философам вообще присуща сентиментальность. Но в чем-то они похожи на птиц.

Мне же больше нравятся узкие ножи с костяными рукоятками, которыми можно убивать оболочки.

И еще я не могу бросить курить.

А реальность... Что есть реальность?

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Поливочные машины ушли и мокрый асфальт дымился, светлея. По обшарпанным стенам дома сползали последние струйки воды. Очередь рассеяли быстро и основательно. Но оболочка должна была остаться - она ведь не человек. Я стал ждать. 

Она подошла сзади, села на скамью слева от меня и закурила сигарету. 

- Мог бы и мне предложить. - сказал я. 

- Последняя. Как последнее желание. 

Я достал свои и тоже закурил. Гонимая ветром по улице проползла узкая лента бумажного мусора. 

- Что со стариком? 

- Рассеян. 

- А девушка? 

- Тоже. Разве бывает по-другому? 

- У неё дома оставался ребёнок. 

- Ребёнок вырос. Недавно видел его: уже брюшко появилось, и лысина. Стоит в привилегированной очереди. Её не будут рассеивать - трансплантируют в новую реальность. 

Во дворе раздался грохот. Красная стена задрожала. После второго удара она обрушилась и над её обломками закачался маятник стального ядра. 

- Ну вот и всё. - сказал я и убил оболочку узким ножом с костяной рукояткой. Ветер рассеял дым. Ветер показался не по-весеннему холодным, и я ушёл, подняв воротник пальто и засунув руки поглубже в карманы. 

Жаль, конечно, но ветру перемен чужда сентиментальность. В этом долгом полёте приходится отрезать от себя куски и скармливать птице.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 4 (30)

Без комментариев

в начало фрагмента

 

В дни Холодной росы года Белой Змеи на Москву падают немецкие бомбы. 

Один старичок не хочет идти в подвал и всякий раз прячется в школьном саду. Он сидит в окопе, вырытом около красной стены, и поёт странную песню: 
  ...Из берёсты челнок - э-эх! - Из ромашки весло...

Он поёт очень тихо, а кругом так шумно. Никто не знает, что он поёт песню. Однажды бомба падает прямо в этот окоп. Старичка там и хоронят - у красной стены, где растут яблони и груши. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


22 (31)

Любовная история.

Но это только название. А по сути речь идет совсем о другом. То, что видно снаружи, не всегда есть внутри. Это так, но это всего лишь взгляд постороннего. Проблема в том, что некоторые идеи обладают свойством завораживать их носителей.

В принципе, никакие идеи не важны. Важен лишь человек. Независимо от идей. Хотя, если у человека нет идеи, его самого все равно что нет. Поэтому пытаются судить о человеке по его идеям. И не всегда понятно, кто кем владеет: человек идеей или она им.

Есть беззащитность, рождающая влюбленность. Эта влюбленность наивна и легко превращается. Настоящая любовь рождается из другого. Но если нет беззащитности, нет и любви, хотя любовь и рождается из другого.

Влюбленность - это отчасти опрокидывание в детство. Для более позднего возраста - в юность.

Без точного знания о прошлом, разве может разумный человек надеяться на светлое будущее? Так говорил Боконон. Или примерно так.

Все люди земли, мужчины и женщины, негры и китайцы, любят наивных щебечущих птичек. ¶

в начало фрагмента

У неё были волосы золотого цвета. Она была ростом ему по плечо и она была тонкая. 

Однажды, когда они ехали в метро и она сидела, а он стоял над ней, он смотрел на неё сверху вниз, и пальто на ней как на вешалке, и он подумал: 

- А ведь она тощая. Даже костлявая. Как птица. 

Он отогнал эти мысли. 

Они ездили с друзьями за город и гуляли в лесу. Пили вино из горлышка бутылки, пуская её по кругу. Дело было осенью, падали листья. Она шла сбоку ото всех и говорила: 

- Я, может быть, фея. Или нет, я королева. Ведь вы же меня не знаете! Я вот тут болтаю с вами, а может быть, где-то там, далеко, пропадает без меня моё бедное королевство! 

Все хихикали. И ему тоже было весело после вина, и он думал: - Она романтичная. - Ну-ну. - говорил его друг. Друг обнимал свою девушку, которая стала впоследствии его женой. Быть может, стала слишком поздно, потому что он изменял ей. А может быть, иначе и быть не могло. 

И потом они снова встречались. И он думал: не проявить ли настойчивость? Он гладил её колено и продвигался вверх по внутренней поверхности бедра. А она сказала почти испуганно: - Ты что, нельзя, там же это. - Он чертыхнулся про себя: ну, разумеется, это, а что ж ещё там должно быть, чёрт подери! Он убрал руку и они сидели просто так на траве, под деревьями, и смотрели на реку, как плывут по ней вдалеке лодки, как ещё дальше по железнодорожному мосту двигается поезд и ещё дальше, над всем этим плывут облака и то закрывают солнце, то опять открывают. И ветер был уже свеж, потому что начиналась осень. 

Она говорила ему: 

- Ты какой-то робкий и слабый, почему ты не чувствуешь себя сильным с людьми? Какая-то у тебя слабость, ты, наверное, и боли боишься. 

Он думал: 

- Ну что ж, может быть, она и права. 

Он честно не понимал, зачем нужно уметь терпеть боль. Он считал, что тут больше подошло бы не мужество, а низкий уровень чувствительности нервной системы, для чего, впрочем, и существует анестезиология. 

Она говорила: 

- А как же герои? Ты мог бы выдержать пытку и не выдать тайну врагам, не стать предателем? 

Про себя он думал: конечно, нет. И отвечал: врага лучше обмануть хитростью, вроде бы согласиться, а потом обмануть. И вообще жизнь не состоит из таких экстремальных ситуаций. 

А она повторяла: - А всё же? 

Ему становилось тоскливо. 

Он остался у неё на ночь. Они сидели и говорили при свете свечи. Она любила свечи. Он поглядывал на кровать, но разговор шёл в тяжёлую сторону. Они даже не целовались. 

За окном была ночь, и одинокий фонарь светил на вершине башенного крана. А в комнате было уютно, на ней было синее шерстяное платье, которое плотно прилегало к телу. У неё были золотые волосы и большие глаза. 

В конце концов, он разозлился, почувствовал злость и дал ей волю. - Да, чёрт возьми, - сказал он, - если так уж надо, я могу и стерпеть боль. 

Она сказала: - Вот свеча, попробуй. 

Он встал и сунул руку в пламя, он прикрыл пламя свечи ладонью. Он выбрал левую руку - правая нужнее. Видно, он сумел разозлиться, потому что почти не чувствовал боли. Он всё ждал, когда она скажет: хватит! не надо больше! 

Но она молчала и смотрела. Ему не понравился её взгляд. Но тут у него в ладони что-то треснуло, лопнуло, и он испугался и отдёрнул руку. 

Пузырь был большой и белый. 

Он сказал: - Что-то треснуло. 

Она сказала: - Ты испугался, ничего страшного, даже не обгорело. 

Он сник и, едва дождавшись утра, с первым поездом метро уехал домой.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


23 (32)

Каждый хотя бы раз в жизни встречался с существом Олевин.

Но мало тех, кто связал с ним свою жизнь.

Остальные не могут забыть, вспоминая, ни о чем не жалея.

Или жалея?

в начало фрагмента

Существо Олевин запрокинуло длинные ноги.

Между ними плыла заповедная чаща с чёрной хвоей блестящей. И червлёная влажность запретного неба плыла над глазами лежащего в сине-зелёной траве. Приближались набухшие тучи, раскрывались, и падала капля на губы, и язык погружался в исток. 

За три дюйма до смерти пространство, изящно избегнув, выворачивалось наизнанку. Существо Олевин запрокинуло длинные ноги и руки раскинуло и выгнуло шею и вбирало в себя. Выше горного пика, ниже бездны воды, чередуясь, скользили объёмы, провалы и точки. Исчезали границы, и краски, и звуки, и смыслы. Мир стал мокрым, горячим и мягким. Учащался шёпот, утончался смех. Надвигалась гроза, электричество кожу кололо. Нарушая законы, энергия вниз уходила. Движенье дробилось. Время смерчем впивалось в мгновение. 

Существо Олевин закричало.

В небе синем и светлом кружились белые облака. Только примятые сине-зелёные стебли оставались. Существо Олевин уходило по тропке, улыбаясь насмешливо, унося с собой. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


24 (33)

Кто-то сказал, что плохие стихи отличаются тем, что в них каждое третье слово – слово "душа".

А по-моему, этот кто-то – начетчик. ¶

в начало фрагмента

Поскольку литература по существу есть описание души, говорить о душе непосредственно считается не вполне приличным. Но если у человека десять душ, они становятся предметом изучения медицины, а литература начинает описывать что-то другое. 

На китайских тонко отрегулированных весах можно ли взвешивать русскую душу подобную ветра порыву? 

Душа - это то, чем я чувствую время?
А может быть, время чувствует меня?
"Свободно! Наконец-то свободно!" -
думает оно, когда я ухожу.

Или так:
Душа - это ключик от механической игрушки.
Когда завод кончается, ключик вынимают и уносят.

Если у человека десять душ, разве за долгую жизнь не могли мы с тобой поменяться во сне частью из них? Мои души в тебе выглядывают в окна глаз и шепчут: "А мы уже тут!". 

Есть среди душ моих и дерева душа.
И без неё я тоже не живой.
И раннею весной, надеясь и дрожа,
я тоже начинаю новый круг.

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 5 (34)

Это из "Троецарствия". ¶

в начало фрагмента

На горе Наньбин в одежде из перьев аиста Чжоу Лан вызывает ветер юго-восточный. 

Трёхярусный четырёхугольный алтарь Семи звёзд из красной глины с юго-восточного склона горы. На нижнем ярусе по семи знамён синего, чёрного, белого и красного цветов в форме созвездий четырёх сторон неба. На среднем ярусе 64 жёлтых флага Перемен. На верхнем ярусе четыре человека в даосских причёсках, в чёрных шёлковых халатах. Внизу кольцом окружают алтарь 24 воина с флагами и зонтами, с копьями и алебардами, с бунчуками и секирами, с красными и чёрными знамёнами. 

В час тигра поднимается юго-восточный ветер. 20 чёрных судов Хуан Гая под знамёнами Чёрного дракона по великой реке несутся к горам Красной стены. Там флот императора Цао Цао стоит, цепями скованный для удобства сражения. Но сраженья не будет - Хуан Гай поджигает свои корабли. Огненными стрелами горящие суда вонзаются в императорский флот. На великой реке бушует огонь, по небу разливается зарево. Много воинов гибнет от копий и стрел, но ещё больше тонет в реке и сгорает в огне. В красном шёлковом халате император Цао Цао убегает, потерпев поражение от Чжоу Лана. 

В пятнадцатый день Зимнего солнцестояния года Жёлтого быка.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—4 (35)

Этот человек был так основательно вплетен в мою жизнь, что смерть его была совершенно несообразна.

С тех пор прошла еще одна жизнь.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

ИЗ "НЕОФИЦИАЛЬНОЙ ИСТОРИИ ЧАЙНОГО КЛУБА"

Человеку влюблённому в чай
Эти строки мы посвящаем.
Он ушёл, не сказав "Прощай".
На столе его чашка с чаем.

Встреча с Учредителем произошла так давно, что официальная история Чайного Клуба о ней даже не упоминает. Но согласно теории текущего момента времени эта встреча была одним из главных узелков в ткани его структуры. Хотя обстоятельства этой встречи хранятся в памяти, они несущественны. Во время встречи состоялся разговор, но он не важен. На встрече присутствовали другие люди, но их пути проходят вдали и исчезают в неизвестности.

Единственно значимым является сам факт встречи. Это подобно рождению, о котором человек даже не помнит, но которое есть самое главное событие его жизни. История - это не цепь причин и следствий. Подлинная история - это волны, расходящиеся от места падения камня. Волны - непреложный факт, но сам камень исчез в пучине вод. Когда чай выпит, его аромат всё ещё витает в воздухе. Но, впрочем, тогда ещё даже не вскипела вода для чая.

Тогда - значит в отдалённой части текущего момента времени. Путешествие в тогда возможно лишь потому, что никто не способен удержать в одной точке сильно разросшуюся структуру текущего момента.

Конечно, если он не находится в состоянии пьющего чай. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


25 (36)

Нет ничего печальнее Железной Дороги.

Более подробно смотри
"Мой Архитектор"

в начало фрагмента

Архитектор сказал:

Когда люди уходят, прошлое и будущее перемешиваются.
Что значит "прошлое и будущее перемешиваются"? – спросил Ученик.

Архитектор ответил:

На западе мира, около самой Железной Дороги есть Станция. Когда-то она была голубого цвета. С двух сторон Станции – башенки, между ними – двускатная крыша. Пол провалился, но стены ещё стоят. Если войти внутрь, сесть на бревно и ждать, то увидишь, что стёкла в окнах выбиты и сквозь них видно небо, а через дверь видна Железная Дорога и Лес. И станет непонятно, чего можно ждать? Прошлого, которое здесь когда-то было – но неизвестно, когда, и никто не знает, какое это было прошлое? Или будущего, которое неизвестно, и никто не знает, будет ли оно и какое? Потому что люди ушли отсюда и теперь здесь нет настоящего.

Поэтому и говорят: "Когда люди уходят, прошлое и будущее перемешиваются".

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—3 (37)

У пьяниц немотивированная жизнь.

И смерть.

Инопланетяне как раз мотивированы. Они нужны, чтобы нас не было.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Показания N 2.

Да нет, погреб тут не при чём. У нас в деревне у всех такие погреба во дворах. Я так думаю, всё дело в водке, потому как, хоть она и зараза, а ежели её пьёшь, никакая другая зараза не пристаёт. Вот ты говоришь, никого в городе не осталось. Так это потому, что городские пить не умеют – у них рюмки вместо стаканов, никакого эффекту. Слушай, очкарик, у тебя там ещё на донышке не осталось? Ну чего ты на меня очки-то вылупил? Чего ты свои антенны-то на меня наставил – прям как бык? Да убери ты свои щупальца! Эй! какого хрена на меня паутину набрасываешь? А-а, вот за это спасибо, жаль закусить нечем. Ну, давай чокнемся что-ли. Чудные вы всё-таки: по два рта имеете, а водку в уши заливаете. Ну, давай, поех... ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 6 (38)

Белый аист Чжу Лана.

Горящий флот — немецкие бомбы.

Из ромашки весло — из орхидеи весло.

Все перепуталось в мире Красных Стен.

в начало фрагмента

В Начале осени года Чёрной собаки в полнолуние китайский учитель по имени Су со своим гостем в лодке плывёт и в этой прогулке под Красной стеной очутился.

Чистый ветер потихоньку веет, и на воде волна не поднимается. Гостю он предлагает, поднимая свой кубок с вином, вместе строки припомнить из песни старинной царства Чэнь.

Эта песня начинается так:
 

Вышла на небо Луна
и ярка, и светла...

А кончается так:
 

Сердце устало, печаль моя
так велика!

Вскоре над восточной горою восходит Луна, и плывёт, и плывёт между звёзд. Вот сверкает река, словно белые росы ложатся на водную рябь. И сплетаются вместе небеса и вода. Бесследно исчезли и царства, и армии, и мудрецы. Лишь вдали пролетает белый аист...

Ну, потом они пьют вино, им становится весело. Они начинают петь так:
 

...Из корицы ладья – о-о-си! –

Из орхидеи весло...

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


26 (39)

Вся суть — в лепестке хризантемы.

в начало фрагмента

Причина сумасшествия – в отсутствии чувства юмора. – сказал Боконон:
Разве могут мужчины и женщины, негры и китайцы, глядя на мир, оставаться серьёзными?

Чжуан Чжоу опрокинул рюмку и занюхал веточкой корицы.

Боконон продолжал:

Когда сознание обнаруживает истину, оно устремляется к ней, не раздумывая. Истина засасывает как воронка, сознание начинает вращаться, всё быстрее и быстрее, и от возникшего головокружения люди сходят с ума.

Чжуан Чжоу опрокинул рюмку и занюхал лепестком хризантемы.

Боконон продолжал:

Только чувство юмора, в основе которого лежит Космическая Ирония, позволяет остановить вращение и выйти на безопасную орбиту сомнения. Вот почему мужчины и женщины, негры и китайцы в большинстве своём не падают в бездну истины, а грациозно скользят по кругу, подобно планетам вокруг звёзд или электронам вокруг атомных ядер.

Чжуан Чжоу опрокинул рюмку и занюхал рукавом халата.

Боконон продолжал:

Моя религия основана на принципе Космической Безопасности. Большинство мужчин и женщин, негров и китайцев думают, что Бог не шутит. Но такое мощное сознание может оставаться в безопасности только благодаря столь же мощному чувству юмора. Выбирать приходится между Богом-Сумасшедшим и Богом-Шутником.

Чжуан Чжоу опрокинул рюмку и, не занюхивая, громко икнул. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


27 (40)

Иррациональность бывает хорошая и плохая.

Рациональность всегда посредственна.

Рациональная иррациональность есть осознанный инструмент творчества.

Иррациональная рациональность есть осознанный инструмент ремесла.

в начало фрагмента

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ —

ДЕНЬ ИНТУИТИВНОГО ПРОНИКНОВЕНИЯ

    
В середине дня он сидел за столом и делал Своё Дело. За окном ревела, завывала, всхлипывала и хохотала Деревня. Он мысленно противопоставлял себя деревенским жителям, анализировал свои отношения с Деревней и пытался постичь иррациональную суть мира в его диалектическом развитии. На душе у него было смутно и тревожно. Мыслям недоставало яркости и отточенности прозрения. Вещи, его окружавшие, были неудобны и злонамеренны. Они олицетворяли.

Тогда он закурил сигарету. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—14 (41)

Листья, прибитые к берегу реки.

Если бы я был Богом, я бы остановил реку, хотя это и означало бы конец мироздания.

Нынешний же Бог, по-видимому, всë ещë на что-то надеется.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Дни, подобные листьям, шуршали осенью мира. Они шуршали под ногами, они рассыпались в пыль под ногами Идущего. Синяя птица с золотыми волосами сидела на левом его плече. Змея обвивала его правую руку. Он слегка подволакивал ногу и опирался на посох.

По аллее опавшей листвы прошлого он вышел к зелëному дому, чей шпиль высокий поднимался над лесом. Поднялся по лестнице старого мрамора, вошëл в кабинет, щëлкнул переключателем. По экрану компьютера долго кружил листопад, застывая в янтарном октаэдре. До критической массы оставалось не так уж много. Сидя в кресле, устало склонил он голову. Белые волосы скрыли его лицо. Только лëгкий ветер от вентилятора слегка тревожил его длинную бороду.

Со стороны могло показаться: он спит. Но он бодрствовал, как всегда, погружëнный в раздумье. Только думы его, гонимые невидимым ветром, текли всë медленнее, подобно тяжëлой воде, густеющей с каждой милей и застывающей подобно янтарю у впадения в море. Синяя птица с золотыми волосами охраняла его покой, отгоняя назойливых мошек. Змея свернулась в кольцо на клавиатуре компьютера, надавливая гибким телом на чуткие клавиши в нужное время и в нужном месте. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—19 (42)

Мужчины и женщины, негры и китайцы должны тщательно выбирать свой индивидуальный способ, обращая особое внимание на внешнее оформление и дизайн.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Лучше быть драным мёртвым котом с остекленевшими зрачками и вытянутыми лапами. Лучше валяться на мусорной куче вместе с консервными банками и полиэтиленовыми пакетами, чем выносить эту безумную комедию прощания, лёжа под грудой цветов в деревянном гробу.

Так решил Саагун и последний раз ушёл в себя. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—11 (43)

Мужчины и женщины, негры и китайцы должны тщательно подсчитывать, сколько раз они взводили курок, целясь в другого, и сколько раз взводили курок другие, целясь в них.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Однако, странно Вы рассуждаете, – сказал Александр и взвёл курок.

Отчего же? По-моему, вполне логично, – отозвался Андрей и тоже взвёл курок.

Серый туман рассеялся и солнечные лучи ярко осветили веранду.

Так, так, так, – сморщенное жёлтое существо забарабанило пальцами по столу:

Ну-с, что же мы имеем? Десять тысяч трупов за эту идею, – маленький розовый пальчик перекинул костяшку счётов с правой стороны на левую:

Десять тысяч трупов за другую идею, – маленький розовый пальчик перекинул костяшку обратно с левой стороны на правую:

А в результате... – сморщенное жёлтое существо засмеялось, потом закашлялось частым лающим кашлем:

А в результате – нуль!

Сквозь приступы кашля оно продолжало выкрикивать:

Нуль!... Нуль!... Нуль!...

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


28 (44)

Мужчины и женщины, негры и китайцы хотят быть не просто так, а частью большого общего важного дела. ¶

в начало фрагмента

Автобус громыхнул дверями и укатил, а он остался один в начале длинной пыльной дороги. С первыми же шагами солнце стало медленно сползать вниз, и он подумал:

Успею ли добраться до сумерек?

Деревня виднелась в конце дороги, километрах в пяти от шоссе, меж двух холмов: жёлтым и зелёным. Он шёл медленно, потому что тяжёлый чемодан оттягивал руку и бил по ногам. У края рощи он остановился передохнуть и Луна, жёлтая и круглая, выплыла из-за ели. Из кустов выбежала собака и посмотрела на него. Он открыл чемодан, порылся в нём, достал кусок колбасы и бросил собаке. Собака колбасу съела, мотнула мордой и ушла обратно в кусты.

Он двинулся дальше и солнце коснулось вершин дальнего леса. Пыль на дороге приобрела оранжевый оттенок. Навстречу шёл путник с гитарой в чехле.

Ну, как там? – спросил он, поравнявшись.

Путник покачал головой, расчехлил гитару, тронул струны, вглядываясь в поднимающуюся Луну, и запел долгую горестную песню.

Он не дослушал и отправился дальше. У поворота вскрикнула птица и большое дерево с шумом упало поперёк дороги. Из леса вышел дровосек с топором и погладил бородку.

Ну, как там? – спросил он и опустил чемодан на землю.

Дровосек снял очки, долго протирал их и, глядя на него подслеповатыми глазами, ответил:

Не ходи ты. Всё равно ничего не будет.

Он пошёл дальше и чуть не попал под грузовик, ехавший навстречу со странным грохотом и железным лязгом. В кузове сидели солдаты, штыком к штыку. Солнце уже наполовину скрылось и на небе загорелись первые звёзды. Созвездия показались незнакомыми. Женщина с большой сумкой пересекла дорогу, остановилась на обочине, вглядываясь в него.

Ну, как там? – спросил он.

– Я думаю, всё будет хорошо, – ответила она, поправляя волосы: – Потерпеть нужно немного. Такое время.

Он кивнул и пошёл дальше. Трое поднялись из оврага хмурые, с бледными от Луны лицами, потопали сапогами, сбивая прилипшую глину. Молча курили и на его вопрос "Ну, как там?" тоже промолчали.

С последним отблеском солнечного луча он подошёл к изгороди. Сразу стемнело. Дунул ветер и яблони в саду дружно зашумели, осыпая белые лепестки, будто белые клочки бумаги. Из-под ног выскочила курица и в голос закудахтала. Кто-то, незаметный в темноте, сбежал с крыльца и, пробегая мимо него, крикнул хрипло:

Давай, давай! Все уже ждут.

В окне горел жёлтый свет. Луна зашла за облако, и он наощупь поднимался по ступенькам, спотыкаясь и таща почти волоком свой чемодан. Ввалился в избу, сразу оказавшись в шуме, дыму, свете. Шагнул к столу. Человек в меховой безрукавке, заросший седыми волосами, встал с кресла и через весь стол протянул ему руку:

Принёс?

Принёс. – ответил он, открыл замки и вывалил на стол тускло поблескивающее, позвякивающее и пахнущее новой смазкой содержимое чемодана. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


ЦЕНТР 2 (45) 

Настоящие центристы пьют чай.

Не кофе, не матэ, не водку, не вино, не виски, не молоко, не сок, и не воду.

А именно чай.

Почему так получается, никто не знает.

Видимо, в чае есть нечто космическо-фантастическое.

А также тоталитарно-божественное.  ¶

в начало фрагмента

ВСЕМ!   ВСЕМ!   ВСЕМ!
 УМЕЮЩИМ   ПИТЬ   ЧАЙ!
  
 
А также жителям Зоны Белых Ключей
 
ЦЕНТРАЛЬНОЙ ИМПЕРИИ
  
 
ОЧЕРЕДНАЯ ДИРЕКТИВА ЦЕНТРА
 

   
  Сообщаем, что в области Положительных Интересов Центральной Идеи зарегистрирован   новый гранфаллон. Бессмысленное по сути своей сообщество самоименуется "Чайным Клубом". Как стало известно из Периферийных Источников, опасность   грибного заражения не превосходит тамошних норм, что объясняется положительным   воздействием чая на структуру момента. Однако, Органы Контроля наложили   Текущий Запрет на центростремительное перемещение Чайного Клуба и чайного   нооблока. 
 

Настоящим категорически подтверждается соответствие Чайной Идеи Центральной Программе Одержания. Особо рекомендуется употребление чая с яблоками, как наиболее благоприятствующего интуитивному проникновению. Жителям Зоны Белых Ключей решительно предлагается подготовить дополнительный круг чайных столов для приёма вин-дитов. Седьмому Управлению Орбитальных Садов вменяется в обязанность своевременная и качественная поставка яблок в Зону Белых Ключей. Во избежание недоразумений Район Чайных Плантаций временно освобождается от Заболачивания почвы. 

В соответствии с пп.3 п.50 §129 гл.6 ч.99 раздела "КОН" плюралистической Книги N32/4Д Потенциальной Категории Внешнего Приложения к ст.14 Ноосферического Списка Центральной Программы Одержания Президиуму Чайного Карасса поручается формирование и засылка в Чайный Клуб Специальной Миссии Приобщения. Четвёртому Уровню Мозговой Конторы совместно с Перспективным Кабинетом Верховной Оракулярии предоставляется монопольное право разведки и эксплуатации ноовключений на Заседаниях Чайного Клуба. Функция надзора за обнаружением самородков и ноожил возлагается на 9 комнату Службы Бдительности. 

Коллегии Тайных Адептов Центральной Идеи предлагается на рассмотрение вопрос о возможности создания Управления по делам Чайного Клуба. В связи с этим жителям придорожных Деревень запрещается распространение слухов и сплетен вплоть до особого распоряжения. Ассоциации Директоров Управлений вменяется в обязанность разработка рабочих чертежей возможного Директора Чайного Управления. 

Предупреждаем, что всякая инициатива по чайным делам приветствуется, рассматривается и наказуется. Особо отличившихся ожидает вновь отремонтированная 1-ая комната Службы Бдительности. Недовольные вносятся в список в алфавитном порядке. 
 

Post scriptum: Всем, бреющим уши, незамедлительно обратиться в Профилактический Отдел для подрезания. 
 

§33 текущего момента центрального времени.

ЦЕНТР ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


microman 3 (46)

Ну, да. ¶

в начало фрагмента

Высшая инстанция дела нашего – ЦЕНТР.

Где находится ЦЕНТР и чем он занимается, понять трудно. Деятельность его покрыта мраком. Но везде и всюду чувствуется влияние ЦЕНТРА. Между ЦЕНТРОМ и остальными инстанциями никакой явной связи не существует, но время от времени появляются Директивы ЦЕНТРА. Соблюдение этих Директив строго обязательно, однако подчас бывает совершенно невозможно дать им однозначное толкование. Поэтому появляется много разных Толкований, на основе которых и строится деятельность остальных инстанций. Толкования эти часто взаимно противоречат и нужны большое умение и изворотливость, чтобы следовать Толкованиям. Впрочем, иногда ЦЕНТР сам указывает на справедливость или ложность тех или иных Толкований в специальных Разъяснениях.

Поскольку в настоящее время существует Деревня, то имеется особое Управление по делам Деревни. Деятельность Управления в отличии от деятельности ЦЕНТРА всегда конкретна и практична. Управление ведает всеми деревенскими делами, разрешает все споры между жителями Деревни, организует Сходки жителей, разрабатывает программы жизни Деревни и реализует эти программы и т.д. Однако, стратегические цели Управления никому не известны, поскольку восходят к ЦЕНТРУ. Поэтому иногда те или иные действия Управления остаются непонятными для жителей Деревни и они могут судить об этих действиях лишь по их последствиям для деревенской жизни.

Работа и ЦЕНТРА и Управления происходит по Программе Одержания. Неизвестно, что такое Одержание. Тем не менее, между Одержанием ЦЕНТРА и Одержанием Управления имеется определённая связь, так же как и определённые различия. В зависимости от ситуации Одержание называется также Удержанием, Воздержанием, Поддержанием или Задержанием. Зависимость эта неясна. Одержание следует отличать от Недержания. Судя по всему, Одержание - это хорошо, а Недержание - плохо. Но иногда встречается нехорошее Одержание и полезное Недержание. Программа Одержания хранится в строгом секрете и точно неизвестно, существует ли она вообще в явном виде. Тем не менее в Директивах и Разъяснениях ЦЕНТРА, с одной стороны, и в Указаниях и Решениях Управления, с другой стороны, часто имеются ссылки на Программу Одержания и иногда цитируются даже целые куски текста Программы.

Сходки жителей Деревни происходят как по решению Управления, так и стихийно. В последнем случае Решение поступает от Управления после Сходки. На Сходках жители Деревни общаются между собой. Конечная цель Общения изложена в Программе Одержания. Отдельные стороны порядка проведения и назначения Сходок освещены в Указаниях Управления и Директивах и Разъяснениях ЦЕНТРА.

Вообще говоря, при внимательном наблюдении между Общением и Одержанием можно усмотреть некоторую связь. Так например, часто говорят, что происходит Общение в целях Одержания. Общение в некоторых случаях приводит к Слиянию. Слияние как таковое не равнозначно Одержанию, но представляет собой более решительный шаг к Одержанию, чем простое Общение. Следует, однако, отметить, что довольно часто встречаются Нежелательное Общение и, соответственно, Нежелательное Слияние. Они играют на руку Недержанию. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—20 (47) 

Понимание этого приходит с годами.

Но ничего не меняется.

Все равно ждешь.

Безнадежно.

Поэтому с грустью.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

- Ну и что? - сказал я и закурил сигарету.

- То есть, как что! - молодой человек находился в явном замешательстве: - Вы же сами сказали, что ждали этого события всю жизнь.

- Я вовсе не отказываюсь от своих слов. Но и не вижу причин для радости. Скорее я должен быть печален - мне нечего больше ждать.

- Странно. - сказал молодой человек и замолчал в задумчивости.

Действительно странно, подумал я про себя, как же так получилось, что

     я плыву на лодке по затопленному кладбищу. Вокруг всё зелёное. Мои руки тоже. Вода тоже. Воздух тоже. Времени больше нет. А что вместо него? А что вместо него? А что вместо него?

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—10 (48) 

Все дело в шпаге.

Был бы это был кухонный нож, эффект был бы совсем другим.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Пронзённый шпагой он лежал в расщелине.

Мы завалили его галькой. Змея уползла, прошептав нецензурную брань. На лодке приплыл какой-то священник. Он прочитал над его могилой странную молитву:
 

Иди туда, где тебя не ждут.
Там на дереве жизни цветы цветут.
А под деревом спит пьяный ангел.
Там Бог, пригорюнившись, играет в шахматы сам с собой.
Не составишь Ему компанию?
Я завидую тебе,

первый и последний мертвец!

Аминь!

Прилетела летучая рыба, жадно воздух глотая беззубым ртом. Священник ухватился за её плавник и вернулся в океан.

Так и не спросил я его, к какой церкви он принадлежит.

Я пожал плечами, сел в машину, хлопнув дверцей, и поехал по шоссе куда глаза глядят. Так оказался я в шумном городе, и на круглой площади меня остановил инспектор ГАИ и попросил предъявить документы. Что я и сделал. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


29 (49) 

Автор имитирует стиль, который ему чужд.

Особенность этого стиля – закрытое сознание героя, от лица которого ведется повествование.

Он говорит "я" и читатель вроде как должен отождествлять себя с этим "я". Но это "я" непрозрачно и пусто. Оно похоже на рамку без картины, или на зеркало после того, как вы перестали в него смотреться.

Впрочем, многие люди так и живут. ¶

в начало фрагмента

Сегодня утром от меня ушла жена. Она сошла по трапу на солнечную пристань и исчезла в шумной толпе приморского бульвара. Она оставила короткую записку. Записка лежала на столе, придавленная моими часами. В записке было написано:
 

"Всё было чудесно. Прощай."

Меня разбудили солнечные лучи, проникшие в иллюминатор нашей каюты.

Жена ушла от меня, когда наше свадебное путешествие подходило к концу. Я был женат ровно месяц. Это короткая история. Я расскажу её.

Сорок дней назад я оказался в маленьком курортном городке на берегу тёплого моря. Мои дела были закончены. Я скучал и бесцельно бродил по улицам. Я не люблю курортные города. Они живут ненастоящей жизнью. И хотя, благодаря тёплому климату и индустрии развлечений, они веселятся круглый год, кажется, что это веселье вот-вот закончится. И наступит отрезвление. И станет очень скучно. Я не люблю карнавалов. Я люблю крупные деловые города с континентальным климатом.

Однажды я оказался в парке и забрёл в зал игровых автоматов. Старик, похожий на шкипера, продал мне жетоны. У него была шкиперская бородка, трубка в зубах и мрачный взгляд. Не вынимая трубки изо рта, он проворчал:
 

- Желаю удачи.

Если говорить честно, игровые автоматы - моя тайная страсть. Поэтому я играю очень редко. Когда я вхожу в азарт, кошелёк мой неудержимо пустеет, какие-то мрачные страсти поднимаются со дна души, и становится страшно. Говорят, вся наша жизнь - игра. Возможно, но в жизни я предпочитаю играть в шахматы. Трезвый расчёт, минимум риска и никакого азарта. В этой игре надо слишком много думать. Мышление убивает азарт, и кошелёк остаётся цел.

Людей в зале почти не было. В дальнем углу стоял автомат, из которого торчала снайперская винтовка. Автомат назывался "Меткий стрелок". И ещё там была одна надпись, ритмично вспыхивающая красным светом:
 

"Только для мужчин".

Когда-то я был неплохим стрелком и даже брал призы на мелких соревнованиях.

Я опустил жетон в щель и прильнул к окуляру.

Я увидел звёздное небо и яркую точку, кружащуюся между звёзд. Точка приближалась и превращалась в танцовщицу. Под звуки неслышной для меня музыки она танцевала легко и красиво. И пёстрая одежда её развевалась. Девушка приближалась и я увидел её лицо. Оно было прекрасно. Это было лицо, которое я видел когда-то в редких снах. Давно видел, в юности.

Я засмотрелся на девушку, на её танец, и она снова стала удаляться от меня и затерялась среди звёзд. Свет погас.

Я прочитал правила игры. Разрешалось сделать пять выстрелов. Каждое попадание продлевало сеанс. Тому, кто выбьет пять очков из пяти возможных, был обещан приз.

Я опустил жетон в щель.

И снова девушка с прекрасным лицом из моих снов танцевала среди звёзд. И приближалась ко мне.

В нужный момент я прицелился и спустил курок.

Девушка на миг замерла. Часть одежды спала с её тела, обнажив руки и ноги ниже колен. Начался новый танец. Более быстрый, чем первый. Девушка стремительно неслась между звёзд под звуки неслышной для меня музыки.

Теперь я понял смысл игры.

В тот день мне удалось попасть три раза из пяти возможных. После третьего попадания танцовщица осталась в купальнике. И танец её стал столь буйным и быстрым, что мушка винтовки не поспевала за её движениями.

Ночью в гостинице мне снова, после долгих лет перерыва, приснился сон моей юности. На фоне звёздного неба танцевала девушка моей мечты.

На следующий день я оказался в зале игровых автоматов.

Мною овладел азарт. Мне становилось страшно. Кошелёк мой пустел. Но остановиться я не мог. Мрачный шкипер молча кивал мне как старому знакомому и отсчитывал жетоны.

Через пять дней тренировок мне удалось выбить четыре очка из пяти возможных. Упали последние одежды и обнажённая танцовщица закружилась в неистовом вихре безумного танца. У меня перехватило дыхание: так прекрасна была эта девушка.

Это было очень совершенный игровой автомат. Изображение было цветным и объёмным. Создавалась полная иллюзия реальности. Я подумал, что у этой маленькой танцовщицы должен быть прототип.

Я выбил четыре очка из пяти возможных. Девушка танцевала обнажённой. Она была прекрасна. Но что означал пятый выстрел? И какой ожидался приз? Мрачный шкипер не вынимал изо рта трубки и отрицательно качал головой.

Я ждал чуда. Видно, таков уж ядовитый воздух карнавальных городов. Я ждал чуда.

Девушка кружилась в танце. Стремительно мелькали её руки и ноги. Тело было гибко и движения его были неуловимы. Волосы развевались и сквозь них просвечивали звёзды. Взгляд её прекрасных глаз вызывал тревогу, давал надежду и манил, манил, манил...

В этом сумасшедшем танце всё же были короткие мгновения, когда танцовщица замирала в неподвижности, чтобы тут же пуститься в новый вихрь. В этот миг она смотрела мне прямо в глаза. И, наконец, я выждал этот миг и спустил курок.

Я попал в цель. Девушка остановилась. На её груди показалось маленькое красное пятнышко. Оно медленно росло. Девушка закрыла его руками и медленно опустилась на колени. Медленно опустила голову и медленно упала на бок. Маленькая танцовщица снова смотрела на меня. Она смотрела долго, долго. И свет погас медленно.

Я вышел из зала игровых автоматов и прислонился спиной к стене. Хотелось присесть куда-нибудь, но поблизости не было скамеек. Кто-то положил мне руку на плечо и я вздрогнул. Мрачный шкипер вынул изо рта трубку и сказал:
 

- Вы выиграли приз.

Он сунул мне в руку приз и вернулся в зал.

Я долго брёл по аллеям парка, пока не нашёл свободной скамейки. Я опустился на скамейку с таким ощущением, как будто шёл уже много дней и ночей и ноги перестали слушаться меня. Мои ноги гудели от усталости.

Я отдохнул на скамейке и только тогда вспомнил про приз. Я разжал пальцы: на ладони у меня лежал ключ с биркой гостиница "Олимпия". Ключ от номера 45...

На первом этаже гостиницы "Олимпия" находился ресторан. Оттуда доносились звуки музыки. Она показалась мне знакомой. Я заглянул в зал и остановился в дверях. На маленькой сцене танцевала девушка из игрового автомата. Она танцевала не очень быстро и она была одетой. Как до первого выстрела.

Танец закончился. Редкие аплодисменты. Девушка откланялась и ушла.

Я не пошёл за кулисы. Я поднялся на четвёртый этаж и постучал в дверь номера 45.

Танцовщица смотрела на меня вопросительно. Я молча протянул ей ключ с биркой гостиницы "Олимпия".

Я был удивлён. Живая, настоящая девушка оказалась столь же прекрасной, как и в игровом автомате. Возможно, мне это только казалось. Лица, которые мы видим в снах юности, всю жизнь кажутся нам самыми прекрасными на свете.

Мы выпили по рюмке коньяка.

Потом она стала раздеваться.

Ключ от номера 45 был одноразового пользования. На следующий день я снова выбил пять очков из пяти возможных.

После пятого выстрела я сразу шёл к мрачному шкиперу. Я молча протягивал руку. Он молча подавал мне ключ.

Я предложил ей стать моей женой после первой ночи. Утром. Она отказалась. Я повторил это на следующее утро. Я повторял это пять раз подряд. Пять раз подряд я выбивал пять очков из пяти возможных. Я был в прекрасной спортивной форме, рука моя не дрожала и глаз приобрёл удивительную зоркость. Я снова стал метким стрелком, каким был в юности.

Наконец, она согласилась. Всё равно мы спали вместе каждую ночь.

У нас не было пышной свадьбы. Тихий вечерок в обществе единственного гостя. За весь вечер он ни разу не выпустил трубку изо рта. Он ушёл не прощаясь.

Мы отправились в свадебное путешествие на пароходе по тёплому морю. Стояла солнечная погода. Маленькая танцовщица была весела и любила меня каждую ночь. Я был счастлив.

Сегодня утром от меня ушла жена. Она сошла по трапу на солнечную пристань и исчезла в шумной толпе приморского бульвара. Она оставила короткую записку. Записка лежала на столе, придавленная моими часами. В записке было написано:
 

"Всё было чудесно. Прощай."

Меня разбудили солнечные лучи, проникшие в иллюминатор нашей каюты. За иллюминатором веселился курортный городок. Я не люблю курортные города. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 7 (50) 

Надпись фломастером –

"Яблоки и груши".

в начало фрагмента

За Кремлёвской стеной на холме растут старые яблони и груши. Они большие, старые и корявые. Неизвестно, бывают ли на них яблоки и груши. И если бывают, то кто их собирает и кушает. 

От Беклемишевской башни до Спасских ворот асфальтовая дорожка проходит совсем близко от Кремлёвской стены. На её кирпичах дети делают надписи фломастером. 

Вот такие:  

Галя + Света = Дружба
 
Я хочу, чтобы всем было хорошо
 
Мы с Денисом были тут

Более неприличные надписи, по-видимому, сразу стираются. Кирпичи ярко красные, новые. Их всё время меняют. Если бы Кремлёвская стена могла посмотреть на себя со стороны, она бы удивилась своей разноцветности. А если бы люди могли смотреть сквозь стены, они бы увидели внутри кирпичи Иоанна Васильевича с надписями на старо-русском. 

Сезон дождей года Синей свиньи.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


30 (51) 

Сор, из которого растут, называется жизнь.

А может быть, это просто сор.

А жизнь – что-то другое.

Но художник рисует и вовсе что-то третье.

в начало фрагмента

Художник вывалил на середину картины содержимое банки, пошкрябал холст мастихином и вернулся к столу.

За столом пели песни, разливали водку, произносили тосты и тушили окурки в салате.

Художник отошёл к картине, выдавил краску из трёх тюбиков сразу, поелозил кистью. Подумав, он плюнул в левый верхний угол холста. Подумав ещё, оставил в правом нижнем углу отпечаток своего ботинка. Вернулся к столу.

За столом спали. Художник допил свой стакан и вышел на балкон. Вставало солнце. Начинался новый день. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—12 (52) 

Ну, что ж, может быть и вы найдете способ уйти с улыбкой на устах.

А Республику жалко.

Хотя она и была дерьмовая.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Паракратическая республика Бугуния была уничтожена в результате нашествия инопланетян. Поскольку внешне они ничем не отличались от людей, никто этого не заметил. Большинство лишь удивлялось неожиданному росту народонаселения, а власть объявила его результатом мудрой внутренней политики и наглядным доказательством возросшего благоденствия народа Республики и развитого человеколюбия её правительства.

Когда умирал последний человек, ему сообщили, смеха ради, об истинном положении дел. Он принял это за шутку и отбыл в мир иной с блаженной улыбкой на устах в окружении многочисленных детей и внуков. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—18 (53)

Здесь должно быть смешно.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Сэр Джон поперхнулся дымом и отбросил копыта.

 "Операция закончилась", - прошептал мужчина в широкополой шляпе и приказал долго жить. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий

—15 (54)

 

Будни, тяжёлыми серыми кирпичами ложившиеся на здание его жизни, в конце концов погребли его под собой.

Будучи в сильном хмелю, он перепутал смерть с просветлением и громким голосом - так, чтобы слышала вся пивная, - объявил о выходе из эмбрионального состояния.

И отдал Богу душу. ¶   

в начало фрагмента

Розовые кирпичи, ложившиеся в фундамент его жизни, в конце концов вознесли его на столь невероятную высоту, что как-то раз, будучи в сильном хмелю, он сверзся оттуда и долго падал, кувыркаясь в воздухе.

В полете он тихо – так, чтобы никто не услышал – прошептал: "А пошли вы все..."

Но пошел он сам – прямиком в ад.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

 

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


31 (55)

Осознанная необходимость есть свобода.
Как знание.

Осознанная свобода есть необходимость.
Как второе знание.

Неосознанная свобода есть необходимость.
Как слепота.

Неосознанная необходимость есть свобода.
Как естественность.

Но автор, видимо, имеет в виду некий пятый вариант.

в начало фрагмента

Вообще говоря, сами по себе собрания не запрещены. Однако, попытка принудить нескольких человек находиться в одном и том же месте в одно и то же время является одним из самых тяжких преступлений. Считается, что людям совершенно незачем собираться вместе в каком-то организованном порядке. Достаточно просто ходить друг к другу в гости или разговаривать по телефону.

В этом смысле Управление представляет собой исключение и часто подвергается нападкам, хотя формально оно вполне законно как добровольное объединение людей, проживающих в Деревне. По этому вопросу происходят споры: одни придерживаются общепринятой точки зрения, другие считают её предрассудком и суеверием, выступая за создание общественной и государственной жизни.

Подобные выступления, впрочем, никогда не делаются открыто, поскольку преследуются по закону. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 8 (56)

Плита с надписью:

"Часы делают Государственное Время"

в начало фрагмента

В дни Малой жары года Белого кабана над воротами Фроловской башни прикрепляют плиты с надписями на русском (со стороны Кремля) и латинском (со стороны Красной площади) языках. Там сказано, что "божиею милостью сделана бысть сия стрельница повелением Иоанна Васильевича государя и самодержца всея Руси... а делал Пётр Антонис от града Медиоланта." 

Град Медиолант - это, конечно, город Милан. А Пётр Антонис - это, конечно, Пьетро Антонио Солари. Он умер в год Чёрного быка. 

В год Синего быка возводится многоярусное завершение Фроловской башни. В год Чёрной крысы браться Н. и П. Бутеноп устанавливают на башню куранты. В год Красного быка на башню водружается пятиконечная рубиновая звезда. Красный бык - это, конечно, 1937 год. 

Чёрные машины привозят в Кремль членов правительства через ворота Фроловской башни. Но члены правительства не читают надпись на латинском языке, потому что не знают латинского языка. Чёрные машины вывозят из Кремля членов правительства тоже через ворота Фроловской башни. Но члены правительства не читают надпись на русском языке, потому что они погружены в думы об управлении государством.

Год Синего кабана. Синий кабан - это, конечно, 1995 год.  ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—26 (57)

Вся суть — в скрывающихся в синей дымке зелёных холмах Земли.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Боконон продолжал:

- Послушай, Джо, я хочу дать тебе хороший совет: не пей так много плохой водки. Вот сейчас к нашему столику направляются два больших шутника. Давай нальём им?

Чжуан Чжоу превратился из печени крысы в плечико кузнечика, перепрыгнул через перила веранды и скрылся в густой траве.

Подошли Конфуций и Сталин.

- Какой прыткий! - сказал Сталин с заметным грузинским акцентом: - Сразу видно, что ему не приходилось стоять на постаментах. Надо поставить!

- Если бы я был Вашим советником, - отозвался Конфуций: - я бы посоветовал Вам проявлять больше сыновней почтительности. Хоть Вы и отец народов, а всё же Чжуан Чжоу Вам в предки годится.

- Послушайте совета старого негра, - сказал Боконон: - Все мужчины и женщины, негры и китайцы приходят на эту веранду полюбоваться скрывающимися в синей дымке зелёными холмами Земли. Присаживайтесь и выпейте по хорошей порции плохой водки.

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—2 (58)

Это ты.
Это не ты.
Это я.
Это не я.

Вот почему у него такое странное имя. 

Можно было бы считать это имя ненастоящим именем, псевдонимом, кличкой.

Но в глубине души каждый знает: ненастоящее - ещё более настоящее, чем настоящее.

Например, дорога в этом фрагменте ненастоящая.

А ее конец — настоящий.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Много лет спустя Иммануил Иоганн Ибрагим Бур всё же решился пройти по дороге до конца. Он сошёл с крыльца, прошёл мимо старой ивы, поднялся на холм, с которого видел красный приплюснутый диск, подмигивающий ему вершинами елей дальнего леса. И пошёл дальше. 

Немного времени спустя дорога заканчивалась свалкой. И даже не свалкой - там можно было бы побродить, размышляя о временах и нравах, о причудах истории и тайнах археологии... 

 

... в заброшенности есть очарованье, 
разрозненного мира воссозданье, 
и странной правды тишина, 
и кукла старая, 
и чайник - 
но без дна ... 

Но дорога кончалась не свалкой, а просто кучей мусора. 

То есть, тем, чем, увы, кончается любая дорога.

Увы, любая дорога. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


32 (59)

Нет ничего печальнее Железной Дороги.

Более подробно смотри
"Мой Архитектор"

в начало фрагмента

Архитектор сказал:

- Превращённое в прах особенно приятно сердцу.

- Что значит "превращённое в прах особенно приятно сердцу?" - спросил Ученик.

Архитектор ответил:

- На западе мира, к северу, и к югу от Железной Дороги Лес стоит на песке. Тот, кто бродит по Лесу, часто видит старые, полузасыпанные воронки от бомб и снарядов и длинные канавы, в которые превратились окопы давней войны. Здесь можно найти много стреляных гильз разных калибров, даже гильзу от артиллерийского снаряда, стабилизатор авиационной бомбы, пустые пулемётные ленты. Всё это стало ржавым и лежит в песке. И ржавчина смешивается с песком. Ржавчина - это прах металла. Песок - это прах земли. Воспоминания - это прах жизни.

Поэтому и говорят: "Превращённое в прах особенно приятно сердцу."

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—5 (60)

Буйвол в конце концов сдох.

Но ничего не изменилось.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

На Западе учил он языки, пытаясь всплыть в реальность то в этой, то в другой стране. Под видом государя, учёного, монаха, полководца. Не получалось ничего. Великий Лао оказался слишком глуп для умной западной цивилизации.

В России мог бы он прижиться, но каждый раз как воплощался - в глухой ли деревушке, в заброшенном унылом городишке, иль в стольном городе Москве - везде спивался.

А в наше время всеобщей интеграции жестокой ему и вовсе места не осталось. Его все знают, любят, уважают - и не пускают на порог. Поскольку от буйвола его скотиной пахнет. А он не хочет расставаться с ним. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—24 (61)

Душа умерла. Все десять душ: семь земных душ по и три небесные души хунь.

А деревья расцветают по-прежнему. Следовательно, у них нет души.

Или душа — это дерево (семь земных деревьев и три небесных), а всего остального нет?

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Продажа душ пока что не легализована. На чёрном рынке бартер процветает. Свирепствуют аренда и грабёж.

Конечно, общественность готова ко всему. Все только ждут, когда закончат свой семейный спор либералы и патриоты. Одни настаивают на прирождённом праве продавать себя и покупать других. Другие толкуют вроде об обратном: о праве продавать других и покупать себя.

Меж тем весной деревья расцветают по-прежнему. А осенью листва опадает по-прежнему. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


ЦЕНТР 3 (62)

Настоящим категорически отказываюсь понимать автора. ¶

в начало фрагмента

ВСЕМ!   ВСЕМ!   ВСЕМ!
 КОГО   ЭТО   НЕ   КОСНУЛОСЬ!
 
 
 только для служебного пользования
 
 
СВЕРХНОРМАТИВНАЯ ДИРЕКТИВА
 ВНУТРЕННЕГО ОТДЕЛА ЦЕНТРА
 

Настоящим категорически снимается Центробежный Запрет на умственную деятельность от п.5 §37 гл.8 ч.99 раздела "ИНТ" периферийной Книги N34/7Б Утвердительного Кодекса Центральной Программы Одержания. 

Всем рангам Седьмой Орбиты, равно как и Действительным Пророкам Верховной Оракулярии, вменяется в обязанность активизировать процесс мышления и впредь поддерживать ИНТ-поле в состоянии Дабл-Ю Супер-Ген, не допуская ни малейших отклонений от абсолютного статуса внутренней свободы саморазвития Духа. 

Всем чинам и подчинкам Службы Бдительности незамедлительно явиться в 7 комнату 3 уровня Мозговой Конторы для перепрограммирования блоков терпимости. При себе иметь Удостоверение Действительной Личности и три фотокарточки размером 98x143. 

Комиссия по борьбе с Интеллектуальным Рецидивизмом переименовывается в Комитет Защиты Прав Мозжечка с сохранением прерогатив авторитетной экспертизы. Ассоциации Противников Размышления, как инстанции подчинённой КЗПМ, предлагается самоликвидироваться в 24 часа центрального времени. 

Департаменту по Связи с Деревней настоятельно рекомендуется сменить руководство Управления в целях улучшения структуры текущего и последующего моментов. Кандидатура нового Директора Управления будет сообщена дополнительно. 
 

Post scriptum: Всем, бреющим уши, категорически законсервироваться вплоть до особого распоряжения. 
 

§8 текущего момента центрального времени. 

ЦЕНТР ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий

microman 4 (63)

 

ЛЮДИ    И    ИГРЫ

Теория рационализма: 

§1. Теория комплекса. 
§2. Теория гиперкомплекса. 
§3. Теория индивидуального рационализма. 
§4. Теория социального рационализма. 
§5. Теория философского рационализма. 

Теория комплекса: 

§1. Теория симплекса. 
§2. Теория параллельных симплексов. 
§3. Теория встречных симплексов. 
§4. Общая теория комплекса. 

Теория симплекса: 

§1. Теория игры. 
§2. Теория алгоритма. 
§3. Теория наблюдения. 
§4. Теория обработки результатов. 

Теория игры: 

§1. Введение в теорию игры. 
§2. Теория сингулярной игры. 
§3. Теория линейной игры. 
§4. Теория многоугольной игры. 

Теория многоугольной игры: 

§1. Теория параметров. 
§2. Теория структуры. 
§3. Теория схем. 
§4. Теория тональности. 
§5. Теория стратегии. 
§6. Теория интенций. 
§7. Теория тактики. 
§8. Теория альтпунктов. 
§9. Теория серий. 
§10. Теория циклов. 
§11. Теория фаз. 
§12. Теория периодов. 
§13. Теория среды. 

Грамматика: 

§1. Акцентация. 
§2. Шкалы. 
§3. Анализ. 
§4. Синтез. 
§5. Корреляция. 
§6. Динамика. 

Практика: 

§1. Профессиональный кодекс. 
§2. Теория импровизации. 
§3. Теория коррекции. 
§4. Коды и кодирование. 

Боконон говорит: 

- Придумывайте имена. Называйте всё подряд! 
 

ГРАММАТИКА
 
 
1. Симплексная игра, симплекс. 
Игра, в которой все игроки строго делятся на экспериментаторов (активных) и подопытных (пассивных), наблюдение производится исключительно над подопытными и все экспериментаторы равноправны, то есть одинаково "в курсе дела".
 
 2. Комплексная игра, комплекс. 
Более сложная игра, не отвечающая требованиям п.1. Комплекс есть система симплексов.
 
 36. Цикл. 
Отдельная, законченная, выделяющаяся часть игры. Характеризуется одним главным опытом.
 
37. Такт.
Игровой атом. Характеризуется простейшим, элементарным опытом, неделимым далее шагом более сложного опыта.
 
60. Тональность.
Качественная характеристика, вид или тип игры.

в начало фрагмента

Иногда кажется, что большинство наших несчастий и разочарований объясняется тем, что мы слишком много внимания уделяем содержанию и игнорируем форму жизни. Разумеется, я имею в виду тех, кто уже перешёл первый рубеж: понял, что содержание жизни важнее внешней мишуры (формы).

Отрицая отрицание, мы должны теперь уделить форме жизни особое внимание. Воплощение в форме менее осознанно, следовательно, вернее. Форма жизни есть игра.

Для этого есть много названий.

Игра в бисер Германа Гессе. Игра в педагогической провинции Касталия. Иерархия и Орден.

Гранфаллон Курта Воннегута. На несчастном острове Сан-Лоренцо. С мечтою о карассе, грациозно вращающемся вокруг вампитера, которым может быть что угодно (!).

Иногда это может быть даже религиозным орденом.

А иногда - это Пиквикский клуб, и только он.

Очень часто это лишь воспоминания о детстве.

Собственно, поиск своей игры есть ни что иное, как поиск своего детства. Де Сент-Экзюпери вёл его всю жизнь, его Игра - на планете маленького Принца. Станислав Лем в "Высоком замке" описал свою мечту о детстве и мечту своего детства о высокой Игре. Брэдбери в "Вине из одуванчиков" не употребляет термина "игра", но ему удаётся играть; отсюда его цикл рассказов о детства и космосе - "Р - значит ракета"; ведь ясно, что космос его есть игра.

Не является ли Игрой Искусство? В стихосложении есть что-то от комбинаторных головоломок, а в поэзии - высокая игра воображения. Не есть ли математика - игра по правилам логики в бисер математических абстракций? Говорят ведь и о политической игре и об игре на театре военных действий.

Вот здесь мы вторгаемся в область реальной жизни, которая, конечно же, есть тоже Игра. Но... это игра господа Бога, а не наша. Хотя, надо сказать, что игрушки для него поставляем мы сами. Наука как непосредственная производительная сила уже не может быть игрой (для нас), но когда-то она была игрой: вспомните выражение "ученые чудаки". Вообще "чудак" употребляется часто как синоним слова "игрок".

Нет, не люди вырастают из своих игр, а как раз наоборот: История есть история игр, вырастающих над людьми.

Но история, разумеется, повторяется дважды. И многие игры возвращаются назад к людям в виде пародий. Я сам играл в такую игру под названием ОСТАП - Особая Туристическая Ассоциация Пешеходов. Вся соль была в прилагательном "Особая" - Это была пародия на всё.

Когда говорят, что искусство есть отражение, имеют ввиду пародию. Хотя, конечно, главное в искусстве не отражение, а изначальная высокая Игра, творящая будущий мир.

Но сузим нашу тему.

Речь идёт о том, чтобы облечь в подходящую форму наши увлечения - в лучшем смысле этого слова. Необходим Магический Театр (ещё один синоним), в котором каждый играл бы свою роль - выбранную им роль по душе. И каждое дело, будь то сочинённое стихотворение, написанная картина, спетая песня, созданная музыка, рассказ или роман, изобретённая философская теория или литературоведческое изыскание, найденный образ или выстраданная мысль, короче - каждое проявление, каждый момент духа занял бы своё естественное место в мозаике Игры.

Вот о чём мечтается: складывать мозаику Игры, вместе с другими такими же, как ты, а не просто бросать камешки с пустынного обрыва в воду, от чего бывают лишь круги на воде, да и те быстро затухают...

Между прочим, и общение людей много выигрывает, становится точнее, и радостнее, когда ведётся по правилам Игры, когда разыгрываются сцены Магического Театра, когда свершается Ритуал.

Термин "Игра" (как, впрочем, и театр) довольно точно отражает и оборотную сторону медали; условность и относительность такой духовной жизни. От этой пустоты бежал в "мир" Магистр игры в бисер. Не нужно забывать об этом. Ирония, самоирония - спасительные круги в море стеклянных бус. Ирония - наш дырявый щит.

Но что бы нам выбрать в качестве Вампитера? Как назвать наш Театр? Какие правила придумать для нашей Игры? Нужна та самая "одинокая гаечка", которая должна оживить рисунок художника.

Согласитесь, это должно быть что-нибудь такое несерьёзное, полупародийное, полудетское (напоминающее о детстве?), полуироническое, полумечтательное, что-нибудь такое, условность чего сразу видна, но достаточно прочна и естественна. Какая-нибудь печка, от которой начинаться должны все танцы.

В отличии от Касталии мы все остаёмся жить "в миру", и "бежать" нам некуда. И пусть наша башня не из слоновой кости и похожа не. на "мою крепость", а скорее на тростниковый, шалаш, продуваемый всеми ветрами, а всё же давайте попробуем построить эту башню, высокую, как высокий замок, и даже если мы говорим на разных языках, попробуем всё же понимать друг друга, хотя бы с помощью жестов, дабы башня наша не развалилась раньше времени...

Ваш ход.

4 января 1985

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


33 (64)

Вот такая игра.

в начало фрагмента

СУЕТА    ВОКРУГ    ЕВГЕНИИ
   
многоугольная комплексная игра
в 5 циклах с прелюдией и финалом
 
С-тональность
тактовая частота: 0.01 Гц
кодировка свободная

Прелюдия

У @Евгении было два знакомых: @Ми и @Ир. Они были друзьями и оба имели виды (каждый свои) на @Евгению. Но девушка отдавала предпочтение первому - @Ми. @Ир некоторое время обхаживал @Евгению, но, видя безрезультатность своих попыток, решился на рискованный шаг - тем более, что это было в его характере.

В единоличном пользовании @Ми, как знал @Ир, находилась замечательная трёхкомнатная квартира. Чья это была квартира на самом деле, @Ир в точности не знал, так как @Ми выражался по этому поводу несколько туманно, но по обоюдному молчаливому согласию считалось, что это собственная квартира @Ми. @Ир был настолько близким другом @Ми, что даже имел свои ключи от этой квартиры.

Недалеко от этого города жили родители @Ми, и он частенько гостил у них, так что его трёхкомнатная квартира порой пустовала целыми днями. Именно этим обстоятельством и решил воспользоваться @Ир. В четверг он позвонил @Ми и предложил ему собрать в пятницу небольшую компанию на квартире у @Ми: посидеть, выпить, потанцевать и т.п. Но @Ми сказал, что как раз в пятницу он не может: уезжает на несколько дней к родителям. Именно это и нужно было @Ир. @Ми он сказал, что, конечно, очень жаль, но ничего не поделаешь, а сам тем временем позвонил @Евгении и пригласил её в пятницу на вечеринку.

@Евгения поначалу отказывалась, и тогда @Ир пустился ещё на один обман и заявил, что это @Ми приглашает их обоих к себе домой, просто он не мог сам дозвониться @Евгении и просил сделать это @Ир. Тогда @Евгения соглашается и они договариваются встретиться в пятницу, в 18.00 в метро - @Ми будет ждать их дома.

Но и @Ми не был в тот день кристально честным. Он обманул @Ир: на самом деле он никуда не уезжал, а хотел провести приятный вечер с одной своей любовницей. Любовницу звали @Р.

Цикл первый

Пятница, 18.15. @Ир и @Евгения стоят на лестничной площадке перед дверью квартиры @Ми. @Ир нажимает кнопку звонка - безрезультатно.

@Ир: Наверное, @Ми вышел купить что-нибудь. Но ничего, у меня есть ключи.

@Ир достаёт ключи, открывает дверь. @Ир и @Евгения оказываются одни в квартире. Проходят в дальнюю комнату.

Там они видят весьма странный НАТЮРМОРТ: детская коляска, застеленная, на ручке коляски висят дамские капроновые чулки, в коляске лежит бутылка из-под джина с молоком и соской, рядом книга - "Советы молодой матери".

@Ир: Откуда у @Ми эта коляска? Интересно, чьи это чулки?

@Ир, несколько обескураженный, увозит коляску на кухню. Возвращается с двумя бокалами вина, включает магнитофон. Звучит музыка. Неожиданно музыка прерывается и после минутной паузы слышен разговор трёх человек:

1: Раз, два, три, четыре, пять... Приём...
@: Связь есть. Передавайте.
2: Что сегодня?
3: Индекс К-5-84-10.
1: Опять на букву "П"?
3: Русское слово:...(помехи).
1: Начинай - они уже включили генератор.
3: Внимание! Передаю по буквам: Прасковья, Евгения... или Игорь? Как правильно пишется?
1: Наверное, Игорь,...(помехи)...через букву "И".
3: Это ещё ничего не значит: седло - сидеть.
1: Ну, это всё равно. Передавай "Евгению", только отметь в журнале.
3: Итак, внимание! Передаю сначала: Прасковья, Евгения, Зинаида, Диоскурий.
1: Кто?
3: Диоскурий.
1: Какой Диоскурий?
3: Сын Диоскура - греческого бога, дурак!
1: Ага, понятно! Передаю: Диоскурий, Дурак,...
3: Да, не бог - дурак! Ты - дурак!
1: Кто дурак?
2: Перестаньте лаяться! Энергия кончается - передавайте "Джон".
3: Вас понял! Передаю по буквам: Прасковья, Евгения, Зинаида, Джон, Аполлон...(помехи)... Приём.
2: Ничего не понял. Связь прерываю. Следующий сеанс в 3.00.
3: Всё кончилось.
1: Пошли поспим часок.

Запись кончается, снова играет музыка.

@Ир: Чем это тут @Ми занимался? Хотя на его голос не похоже. Ладно, придёт - спросим.

@Ир начинает "ухаживать" за @Евгенией: очень настойчиво, очень нахально, очень с юмором. Объясняется @Евгении в любви - так, как выпивают глоток воды. Всё это делается весело, без малейшей примеси серьёзности, со всякого рода намёками. @Ир даёт понять, что его устраивает любой исход этого вечера, но он хочет повеселиться и "прокрутить любовь". @Евгения реагирует на это положительно или отрицательно - в обоих случаях наступает кульминация, самый нежелательный момент для появления кого бы то ни было. К этому моменту @Ир уже открывает @Евгении свой обман: они одни в квартире и никто не должен придти.

В то же мгновение по коридору раздаются шаги. В комнату входят двое мужчин. Не обращая внимания на @Ир и @Евгению, совершенно безучастно и равнодушно берут какую-то тяжёлую вещь, упакованную в коробку, и уносят. @Ир и @Евгения ошеломлены.

Цикл второй

18.40. @Ир выходит из комнаты узнать, в чём дело - откуда взялись эти двое. Проходит долгое время - @Ир нет. @Евгения начинает беспокоиться, выходит из комнаты, ходит по квартире. @Ир она так и не находит, но в одной из комнат (первой) обнаруживает тех двоих мужчин. Их имена: @О и @Л.

@О и @Л сидят за столом и играют в шахматы. На столе стоит свеча, освещающая комнату неровным светом. На полу, на ковре лежит лицом вниз женщина с распущенными волосами, совершенно неподвижная. Женщину зовут @М. Она совершенно пьяная.

@О и @Л, напротив, совершенно трезвые. Они вежливые, спокойные, но совершенно равнодушные. Всё происходящее они воспринимают как должное, их нисколько не интересует, кто такая @Евгения, почему она здесь, где @Ир и т.п.

Периодически раздаются телефонные звонки. Разнообразные женские голоса спрашивают @Ми.

В этой странной компании @Евгения находится до тех пор, пока не раздаётся звонок в дверь. @О и @Л не реагируют, продолжая сосредоточенно играть в шахматы. @Евгения сама идёт открывать дверь и видит...

Цикл третий

19.00. За дверью оказывается @Ми, пьяный. Он еле стоит на ногах, его поддерживает незнакомая @Евгении девушка. Ее зовут @Е. Вдвоём они доводят @Ми до кровати в дальней комнате и кладут на неё. @Ми мгновенно засыпает.

Оказывается, что @Е не знает @Ми, и вообще никого из присутствующих. Она случайно встретила @Ми на улице, они познакомились и зашли в кафе. @Ми от коньяка развезло и @Е пришлось доставить его сюда, на квартиру. Адрес ей дал сам
@Ми пока ещё был трезв.

Вопреки ожиданиям, @Е не уходит, а располагается как дома. Она завязывает знакомство с @Евгенией - вместе они пьют вино. Поведение @Е по отношению к @Евгении - как к сопернице.

Продолжают раздаваться телефонные звонки. Теперь разнообразные женские голоса спрашивают @Ир.

Закончив шахматную партию, @О и @Л поднимают с пола @М, относят её в дальнюю комнату и кладут рядом с @Ми. Вернувшись, присоединяются к @Е и @Евгении.

На вопросы о том, кто они такие и почему они здесь, @О и @Л отвечают уклончиво и задают встречные вопросы. В ответ на заявления о том, что эта квартира принадлежит @Ми, пересмеиваются и перемигиваются, но объяснений не дают.

@Л начинает проявлять к @Евгении заметный интерес. @Е ведёт разговор с @О. Таким образом, намечается некоторое разделение на пары, пока ещё нечёткое. @Ми и @М продолжают спать пьяные на кровати в дальней комнате.

К концу третьего цикла из дальней комнаты начинает доноситься громкий шёпот. Когда @Евгения хочет посмотреть, как они себя чувствуют, дверь оказывается закрытой. В этот момент открывается входная дверь...

Цикл четвёртый

20.10. В квартиру вваливаются два человека: пропавший @Ир и незнакомая девушка. Её зовут @К.

Оказывается, @Ир убежал из квартиры и встретил свою знакомую, @К. Полагая, что @Евгения тоже ушла, он решил, что не пропадать же настроению, и явился вместе с @К. @Евгения уже не удивляется.

Все знакомятся, начинаются танцы, выпивка и т.п. @О и @Л предложили @Е и @Евгении не говорить никому, что в соседней комнате спят @М и @Ми. Поэтому для @Ир и @К было полной неожиданностью их появление в разгар веселья. @Ми ошеломлённо взирает на @Ир и @Евгению, @Ир шокирован появлением @Ми, а @Евгения и @Е замечают некоторые непорядки в одежде и причёске @М.

Разговоров, разоблачений, смеха и удивления хватает надолго. @Ми, с одной стороны, @О и @Л, с другой стороны, не хотят прямо отвечать, чья же это всё-таки квартира. И друг друга они не встречали до сегодняшнего вечера. Судя по некоторым намёкам, и та и другая сторона считает эту квартиру собственностью какой-то женщины. Но также судя по некоторым намёкам, обе стороны имеют в виду разных женщин. @Ир вспоминает о детской коляске и дамских чулках. Вся компания пребывает в заинтригованном состоянии.

В дальнейшем стремительным темпом развиваются отношения @Ми-@М. Всем ясно, куда они удаляются довольно регулярно и зачем. Также развиваются отношения @Ир-@К, @О-@Е и @Л-@Евгения.

Неожиданно дверь в квартиру открывается и входит...

Цикл пятый

22.30. В комнату входит пожилой представительный человек с дорожным чемоданом в руках. Вместе с ним входит молодая женщина.

- Что вы здесь делаете?! - недоумённо спрашивает гость.

Аналогичный вопрос задают ему. @Ми и @М при этом не присутствуют.

- Это моя квартира. - отвечает пожилой человек.

Все пребывают в полнейшем замешательстве. @О и @Л просят незнакомца назвать свою фамилию. Когда он объявляет, что его зовут @О.Н., @О и @Л выглядят растерянными, но тут же пытаются скрыть это. @Ир начинает искать @Ми. Его находят вместе с @М в ванной комнате.

@Ми, увидев молодую женщину, вошедшую вместе с @О.Н., открывает рот от изумления. Эту женщину он знает как свою любовницу - @Р. Именно с ней он собирался провести сегодняшний вечер на этой квартире, но в последний момент она вдруг заявила, что сегодня занята. Немало изумлена и @Р.

Все гости, сообразив, что тут что-то неладно, начинают одеваться, собираясь уходить. Однако, @О.Н. велит всем остаться, сесть вокруг круглого стола в гостиной, усаживается сам и начинает расследование.

Только тут выясняется, какое отношение имеют к этой квартире @Ми, @О и @Л. @Р выдавала её за свою собственную и дала ключ @Ми. Выясняется также, что @Р - любовница не только @Ми, но и хозяина квартиры, @О.Н. @О.Н. часто бывает в командировках, также как и его жена @Н. Сейчас он вернулся из очередной командировки и зная, что @Н, наоборот, уехала в командировку, решил привести в дом свою обычную любовницу @Р. @О и @Л знакомы с этой квартирой через @Н, то есть они её любовники.

К концу этих разоблачений @О.Н. вдруг сменяет гнев на милость, громко смеётся и говорит:

- Вот молодцы! Так и надо! Раз такое дело, давайте веселиться!

Гости остаются.

Финал

0.05. Раздаётся звонок в дверь. На пороге стоит @Н (жена @О.Н.) в форме майора КГБ, со словарём Даля в одной руке и генератором в другой руке.

Она говорит:

- Что ты тут передал? Грамотей несчастный! И кто такая Евгения?

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—7 (65)

Что хотел сказать автор?
Или прокричать?
Или прошептать?
Или промолчать?

Лизнула руку.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Когда умерли даже воспоминания, я спросил у змеи: что бы значило это?

Но она не могла говорить, потому что брюхо её неимоверно раздулось из-за проглоченного на прошлой неделе буйвола. Она лишь посмотрела на меня грустными глазами и лизнула руку.

Скрючившись, я отошёл к ближайшим кустам. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—22 (66)

Вот и все.

На самом деле, ничего не все.

Замыкание не означает конец. Скорее начало.

Все исчезает из времени, чтобы погрузиться в вечность. Уже навечно.

В застывшем куске янтаря он будет аккуратно класть трубку на рычаг. И снова класть. И снова.

Было бы страшно встретить ее снова. По прошествии жизни.

Или забавно? Все люди земли, мужчины и женщины, негры и китайцы, любят наивных щебечущих птичек.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

И вновь они встретились, когда он вернулся, и целовались, и говорили. Он гладил её колено и продвигался вверх по внутренней поверхности бедра ровно до того места, после которого она скажет: ты что, нельзя, там же это.

 

Он спрашивал: - Ты любишь меня?

Она говорила:- Сейчас нет, может быть я тебя полюблю.

Они решили сделать перерыв, паузу, антракт, передышку, чтобы отдохнуть, переосмыслить. И он думал: вот пройдёт месяц-два, и мы встретимся и... И через месяц у него появилась любовница, которая не требовала от него не только самопожертвования, но даже любви.

И прошло ещё два месяца, и они встретились снова. Это было в Ново-Девичьем монастыре. Она любила монастыри и монашек. Она любила церкви и церковный хор. Он забыл, какой это был праздник. Ему понравился хор, но было слишком тесно, и он больше разглядывал публику, чем вслушивался в пение.

Они вышли из церкви и нашли укромное место и говорили. И он чувствовал, что всё безнадёжно. Наверное, он любил её, а сейчас... А она? Он так и не понял, что она...

Был месяц апрель, таял снег, сосульки свисали с крыш. Она пососала сосульку и сказала:

- Невкусно.

Он не стал и пробовать.

На соседнем дереве шумели вороны. День был в общем-то безрадостным, но в этом он чувствовал прелесть. Она зябла в своём тонком пальто, он обнял её. У неё были золотые волосы. Он подумал: быть может, не всё потеряно? Они ни до чего не договорились и расстались. Он приехал домой и занялся делами.

И раздался телефонный звонок.

 

Она сказала: - Это я.
Он сказал: - Да.
Она сказала: - Я люблю тебя.
Он молчал.
Она сказала: - Ты слушаешь?
Он сказал: - Да.
Она сказала: - Я решила, что должна сказать тебе, что люблю тебя. Я позвонила просто, чтобы сказать.

Он знал, что надо крикнуть: где ты? откуда ты звонишь? стой на месте - я буду через полчаса.

 

Но он сказал: - Я слушаю тебя.
Она сказала: - Вот и всё.

И повесила трубку. Он услышал гудки. Он почти ничего не почувствовал. Только где-то там, внутри, в долговременной памяти, что-то замкнулось, произошло лёгкое потрясение и всё встало на свои места. И ещё он почувствовал облегчение, потому что теперь уже понял: вот и всё.

Он аккуратно положил трубку на рычаги. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 9 (67)

Пол Маккартни выступает у Кремлевской Стены. Просто так выступать в Москве неинтересно: не пустили раньше, теперь давайте у Стены. Дают.

Единственный "Храм на крови", оставшийся на Красной площади, – это Мавзолей.

в начало фрагмента

Когда Петру Алексеевичу исполняется 30 лет, он решает приобщить москвичей к театральному искусству. Под Кремлёвской стеной возле Алевизова рва определяется место между Никольскими воротами и мавзолеем Владимира Ильича Ленина. Храмов "на крови" здесь уже нет. Вместо них строится "Комедийная храмина". Зал вмещает 500 человек, в нём есть партер - "нижние места", балкон -"хоры" и ложи - "чюланы". Немец Иоганн Кунст из Гданьска даёт длинные исторические спектакли, а в антрактах представляют шутовские интермедии с пощёчинами и палочными ударами. Билет стоит от 3 до 10 копеек.

В дни Малых холодов года Синего Петуха Пётр Алексеевич издаёт Указ, чтобы "комедии на русском и немецком языках действовать и при тех комедиях музыкантам на разных инструментах играть в указанные дни в неделе понедельник и в четверг и смотрящим всяких чинов людям российского народа и иноземцам ходить повольно и свободно и без всякого опасения, а в те дни ворот городовых по Кремлю, по Китаю городу и по Белому городу в ночное время до 9 часов ночи не запирать и с приезжих указной по воротам пошлины не имать для того, чтобы смотрящие того действия ездили в комедию охотно."

Однако, москвичи, посмотрев раз, другой, отказываются посещать театр и сборы катастрофически падают.

Разочарованный Пётр Алексеевич приказывает основать на Неве город Санкт-Петербург, переводит туда столицу, уезжает сам и становится первым российским императором.

Впоследствии доходят до такого разврата, что на месте храмов "на крови" строят торговые ряды, которые сжигает Наполеон. Обычай хоронить покойников у Стены возобновляется в 1917 году. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—23 (68)

Прощай, существо Олевин.

Я тоже плачу над всеми нами.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Существо Олевин запрокинуло длинные ноги.
 
Существо Олевин кричало,
умирая в муках рождения.
Но выжило.
 
Существо Олевин подстрелили охотники, приняв по ошибке
за дикую лань.
 
Горько плакала синяя птица
с золотыми волосами

над подругой своей.

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—6 (69)

Жизнь — танк.

Смерть — катапульта.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Известие о появлении Танка облетело нашу Деревню с первыми лучами солнца.

Как выяснилось, Танк был замечен на дальних подступах к Деревне, в районе Старого Болота. Обнаружили его клюквенники, народ всё больше пожилой и солидный, и поэтому не пожелавший прервать сбор клюквы ради какого-то Танка. Клюквенники осмотрели Танк со всех сторон, обсудили его транспортные возможности, поговорили о возможном назначении машины и разошлись по своим кочкам, справедливо полагая, что при такой медленной скорости Танк доберётся до Деревни не раньше полудня, а посему надо сначала закончить дело.

Когда клюквенники возвратились в Деревню, уже светало. Танк в это время дополз уже до Дурного Озера. Новость была сообщена мальчишкам и они с энтузиазмом взялись за своё обычное дело - распространение информации.

Иоганн Бур был разбужен в шесть часов утра. Мощный звонок гудел непрерывно и на самых низких нотах. Ничего не оставалось, как встать и открыть дверь. На крыльце стоял мальчишка Кузьма, маленький, но уже опытный распространитель. Он был недоволен долгим ожиданием, выпалил скороговоркой: "Танк идёт. Клюквенники нашли. У Дурного Озера. Яблоко потом отдадите." И убежал к следующему дому по своему маршруту. Яблоко было обычной платой за доставку информации, но сейчас был самый сезон и мальчишки работали больше из интереса, чем из корысти.

На Сходке Иоганн Бур пробыл недолго - пока обсуждали появление Танка. Он послушал ораторов, убедился, что всё бесполезно, но всё же выступил сам - больше для очистки совести, чем в надежде убедить жителей покинуть Деревню. Разумеется, его не поняли и посоветовали пить клюквенный морс, что, по мнению деревенских, хорошо помогает от перегревания на солнце.

Когда Сходка перешла к бурному обсуждению гармонического сочетания цветовых оттенков соседних заборов на главной улице Деревни, Иоганн Бур ушёл домой. Он достал с чердака возвращатель, смахнул с него пыль и, настроившись на первую попавшуюся реальность, начал отбытие. Примерно на втором часу возвращения, когда деревенские дома, деревья, холмы и луга стали полупрозрачными цветными тенями, сквозь которые мрачно просвечивали бурые плотные тени коренных базальтовых пород, Иоганн Бур увидел чёрную тушу Танка, вползающую в Деревню по главной улице. Через минуту цветные тени стали ярко-красными, а ещё через минуту исчезли, и чёрная туша Танка медленно двигалась в абсолютной прозрачности.

Иоганну Буру нестерпимо захотелось курить. Но во время возвращения это невозможно, и ещё два часа, пока медленно уплотнялись цветные тени новой реальности, он отчаянно мучился от никотинового голода. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


34 (70)

В этой имитации Стругацких выражено ностальгическое отношение автора к реальности, понимаемой как бесконечная трансформация потоков управления. По сути, ничего этого нет.

В усложненной конфигурации тонко взаимодействующих элементов мира судьба человека – не более, чем проекция коммуникации синхронизирующихся процессов. По сути, ничего этого нет.

Создавая мир, Бог включил в него самого себя и замкнул контакты. По сути, ничего этого нет.

Тем самым, человек обречен, но остается надежда.

в начало фрагмента

Глава первая.
   
ГОСПОДИН ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ ПРОРОК


Здание Верховной Оракулярии ошарашивало своей невозможностью. Ближе восхищало своей красотой. Потом подавляло своей величественностью. И, наконец, уничтожало своим мрачным равнодушием. По мере того как человек приближался к зданию, у него вырабатывался сильнейший комплекс вины. И возникал страх, безотчётный животный страх перед чем-то непонятным, бесконечно чуждым и враждебным. Ещё никому не удавалось приблизиться к Главному Входу ближе двухсот метров. Именно на этой отметке в бетон был вбит стальной рельс - памятник безумцу, пытавшемуся добраться до здания и почти у самой цели павшему замертво от разрыва сердца. Главный Вход никем не охранялся.

Иоганн Б.Бур с трудом отвёл взгляд и замотал головой, пытаясь отогнать наваждение. Даже отсюда, с километрового расстояния, внешний вид Верховной Оракулярии вызывал слабую тошноту и головокружение. Здесь мне помогут, подумал Иоганн Б.Бур, должны помочь, потому что, если не здесь, то больше негде, то тогда они вообще не хотят мне помогать. Может быть, они не могут меня отпустить? Может быть, я им зачем-то нужен или, наоборот, не нужно, чтобы я уходил отсюда, и поэтому мне раскрывают всякие невразумительные тайны и заставляют подписывать протоколы о неразглашении, а если меня отпустить, то ведь я обязательно разглашу, непременно всё разглашу, и они отсюда не смогут меня остановить. Но так я уже думал когда-то и оказалось, что это не так. И Андрей Щукарь говорил, когда мы сидели в круглом баре на Седьмой Орбите, что протоколы о неразглашении придуманы совсем не для того, чтобы никто не разглашал, а наоборот, чтобы кто-нибудь обязательно что-нибудь разгласил. Но тогда они могут меня отпустить, они мне помогут собрать возвращатель и я вернусь. Может быть, они ничего не понимают в возвращателях, но не подают вида? Хотя тот же Андрей Щукарь в том же баре говорил, что они ВСЁ понимают и ВСЁ могут сделать. Только я не понимаю, как можно ВСЁ понимать и ВСЁ уметь, и я ему тогда так и сказал, что они не боги, и вообще богов нет. И что-то он мне ответил, что-то очень важное и не совсем понятное, только я забыл что именно...

Внутри Автоматического Пропускного Контроллера что-то звякнуло, защёлкало и из его чрева с диким скрежетом и лязгом выдвинулся проржавленный манипулятор с пропуском на конце. Иоганн Б.Бур внимательно рассмотрел оранжевый треугольный штемпель и выдернул пропуск из тисков. В скрюченных железных пальцах остался отрывной талон.Контроллер удовлетворённо чавкнул и манипулятор убрался обратно. Давненько здесь никто не бывал, подумал Иоганн Б.Бур, рассматривая пятнистую броню Контроллера. Краска на ней давно облупилась и облезла, кое-где проступали полосы фиолетовой ржавчины. На крыше толстым слоем лежала многолетняя пыль; Иоганн Б.Бур дунул и пыль поднялась в воздух густым серым облаком. И ветра здесь никогда не бывает, думал Иоганн Б.Бур. И дождя тоже.

Внутри автомата раздалось какое-то хрюканье, сопение, весь он мелко задрожал, затрясся и вдруг провалился под землю. На том месте, где только что стоял Контроллер, Иоганн Б.Бур увидел круглый люк. Вертикально вниз уходил стальной колодец с рядом приваренных к стенке скоб, заменявших собою лестницу. На дне колодца что-то тускло светилось, кверху поднимались белые хлопья пара. Резко запахло какой-то дезинфекцией. Иоганн Б.Бур начал спускаться вниз.

На дне колодца оказалось квадратное помещение с голыми неоштукатуренными стенами, низким потолком в зелёных разводах. В углах и вдоль стен была густо насыпана какая-то дрянь грязно-белого цвета, она-то по всей видимости и воняла. Иоганн Б.Бур подошёл к Автоматическому Пропускному Контроллеру, стоявшему в центре комнаты. На полу в пыли ясно отпечатались следы его ботинок. Это был уже другой автомат, поновее; на боку у него была выведена огромная цифра "2". Куда делся первый Контроллер, было непонятно.

Теперь на пропуске появился штемпель зелёного цвета, и ещё один отрывной талон исчез в недрах автомата. Этот Контроллер тоже долго трясся и раскачивался и, в конце концов, провалился вниз. Потом было ещё пять или шесть Автоматических Пропускных Контроллеров и все они оставляли на пропуске разноцветные треугольные штемпеля, заглатывали отрывные талоны и проваливались сквозь пол.

Когда Иоганн Б.Бур оказался в очередной квадратной комнате и не обнаружил в ней Контроллера, он облегчённо вздохнул. На пропуске ещё оставалось с десяток отрывных талонов, но, видимо, часть из них должна пойти на обратный путь. Иоганн Б.Бур шёл по длинному и извилистому, как змея, тоннелю, через каждые десять метров над головой вспыхивал прожектор и один за другим раздавались три щелчка. Наверное, его фотографировали.

Непонятно, чего они вообще со мной возятся. Я бы не стал возиться: я бы сразу помог собрать возвращатель, а если бы не умел, то так бы и сказал, ну, посочувствовал ещё, выразил сожаление. А они не сочувствуют и не выражают, внимательно слушают и советуют обратиться туда-то и туда-то, к такому-то и такому-то. Даже выдают разные пропуска и удостоверения, чтобы можно было пройти туда, куда мало кого пускают. У Андрея Щукаря, например, нет пропуска в Верховную Оракулярию, а у меня есть. Правда, у него есть возвращатель, а у меня он сломан, разбит при переходе. А, кстати, чего он здесь вообще делает, этот Щукарь? Чего ему здесь надо? Я бы на его месте давно вернулся; он и возвращается, только почему-то всё время обратно здесь оказывается. Интересно, куда это он всё время возвращается? И кто он такой, я тоже не знаю, откуда он взялся тут? Мне он ничего не говорил, или говорил, да я не понял, он спьяну много чего говорил, только не всё понятно было, заговаривался он под конец. В круглом баре на Седьмой Орбите он про свою жизнь стал рассказывать, какого-то Александра всё поминал, ругал по-матерному. Только я тогда не дослушал, меня в Пункт вызвали, ногти подстригать.

В конце тоннеля его ждали. В круглом зале с множеством дверей за огромным пустым столом сидел человек в полной парадной форме унтер-клерка Верховной Оракулярии. Положив на стол локти, он склонил вниз квадратную голову и пристально рассматривал своё отражение в полированной поверхности стола. Ногти у него на руках были не меньше трёх сантиметров длиной. Унтер-клерк был совершенно неподвижен; когда Иоганн Б.Бур подошёл к нему, он даже не шевельнулся. Иоганн Б.Бур кашлянул, потопал ногой, побарабанил пальцами по столу - это не произвело никакого эффекта. Иоганн Б.Бур с удивлением обнаружил, что человек за столом спит, спит с открытыми глазами. Похоже, он загипнотизировал сам себя, глядя на своё отражение.

Потоптавшись в нерешительности около стола, Иоганн Б.Бур направился к первой попавшейся двери. Когда он уже взялся за дверную ручку, за его спиной послышался какой-то шорох, потом кто-то засопел, захрипел и вдруг раздался громовой удар и грохот падающей мебели. Иоганн Б.Бур обернулся и ошеломлённо уставился на спавшего унтер-клерка. Однако, унтер-клерк вовсе не спал, он стоял в борцовской позе, широко расставив ноги, разведя руки, с явным намерением немедленно броситься на нарушителя пропускного режима. Дубовый стол был опрокинут и отброшен к стене, стула вообще не было видно. Унтер-клерк тяжело дышал с открытым ртом, из которого вырывалось какое-то нечленораздельное рычание.

- Рр-г-крры -гр-ссс...

Унтер-клерк протяжно свистнул и яростно вращая глазами вдруг ясно и отчётливо произнёс громовым голосом:

- Пропуск давай!

Иоганн Б.Бур осторожно приблизился и на вытянутой руке подал унтер-клерку пропуск. Тот долго вертел его в руках, глядя попеременно то на пропуск, то на Иоганна Б.Бура, внимательно разглядывал треугольные штемпеля, зачем-то скрёб их ногтём, нюхал и даже попробовал на зуб край пропуска. Потом он положил пропуск себе в карман и выкрикнул:

- Имя!

- Иоганн Б.Бур, - ответил Иоганн Б.Бур.

- Индекс!

- Д72904.

- Шифр!

- Цель не имеет шифра, - ответил Иоганн Б.Бур.

- Что-о-о?! - заорал унтер-клерк.

- Цель не имеет шифра, - повторил Иоганн Б.Бур.

- Цель не может не иметь шифра! - гаркнул унтер-клерк:

- Шифр!

- Цель не имеет шифра, - невозмутимо повторил Иоганн Б.Бур ещё раз.

Унтер-клерк вытащил из кармана пропуск и впился в него взглядом. Он снова стал совершенно неподвижен. Так, с остановившимся взглядом и пропуском в руке, он оставался в течении нескольких минут.

Почему цель не может не иметь шифра, - думал Иоганн Б.Бур: - и почему тогда на моём пропуске написано, что цель не имеет шифра, и, вообще, что это такое - цель, и почему у неё может или не может быть какой-то шифр. Индекс, это я ещё могу понять, каждый человек имеет свой индекс, что-то вроде номера в картотеке. Но что такое цель, какая цель, чья цель; что у них все цели по картотеке разложены, что ли? Чертовщина какая-то.

Унтер-клерк наконец очнулся, вытащил откуда-то из-за пазухи квадратную печать, долго дышал на неё, даже один раз лизнул языком и потом со всего размаха влепил в пропуск очередной штемпель. Ещё с минуту он выбирал среди отрывных талонов, наконец, выбрал, оторвал и засунул за голенище сапога. Пропуск он вернул Иоганну Б.Буру и подвёл его к одной из дверей. Вытащил из кармана внушительную связку ключей, минут десять подбирал нужный ключ, потом всё-таки открыл дверь и довольно невежливо впихнул в неё Иоганна Б.Бура. Это оказался всего-навсего лифт.

- Ни в коем случае не трогать Большую Красную Кнопку! Государственное преступление! Верховный Трибунал! Директива ЦЕНТРА! - рявкнул унтер-клерк и вдруг, широко осклабившись, приложил руку к козырьку фуражки и изменившимся голосом почти пропел:

- Рад стараться, дабы угодить, всегда-а-а...

Дверь лифта захлопнулась и кабина сразу же взмыла вверх. Замелькал указатель этажей: четвёртый, десятый, тридцать второй...

Чокнутый какой-то клерк, - думал Иоганн Б.Бур: - и все тут какие-то чокнутые. Взять хотя бы Пункт - для чего он? Ясное дело, ногти должны быть подстрижены, а если не подстрижены, то ухожены, в общем, чистые должны быть ногти, тут и думать нечего. Но, с другой стороны, если я хочу иметь грязные ногти, то ведь это же не преступление, это некрасиво просто, негигиенично, антисанитарно. Какое ж тут преступление? Никакого тут преступления быть не может. А тогда зачем Пункт? Зачем людей силой заставлять стричь ногти, да ещё ни с того ни с сего хватать среди ночи и тащить в Пункт, чтобы там хорошенькие маникюрщицы долго и нудно стригли тебе ногти, чистили ногти, полировали ногти. Я и сам могу себе ногти подстричь, когда надо. Только не маникюрщицы это, так я их про себя называю, а на самом деле они даже не знаю кто; они в особом районе живут, за бетонным забором, и не пускают туда никого, охрана стоит с броневиками, и их оттуда тоже не выпускают, только на работу, в Пункт то есть, на этих броневиках возят, и мотоциклисты всегда спереди и сзади, будто под конвоем их везут. И опять же не арестованные они какие-нибудь, многие очень даже хотят маникюрщицами быть; мне Натали, официантка из бара на Седьмой Орбите, говорила по секрету, что она сама три раза заявление подавала, только не принимают её, говорят, кто-то у неё в седьмом колене в Периферийном Окружении служил, а этого никак нельзя для маникюрщиц.

Лифт всё поднимался и поднимался, указатель показывал на самый верхний, восемьдесят третий этаж, и, наверное, уже давно он на этот этаж показывал, а лифт всё продолжал подниматься. Иоганн Б.Бур обеспокоенно осмотрелся: в кабине не было ничего, кроме указателя, Большой Красной Кнопки и крупной надписи  

"НЕ ТРОГАЙ БОЛЬШУЮ КРАСНУЮ КНОПКУ! 
 
ЭТО ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ!". 

Вдруг движение замедлилось, кабина остановилась, но двери не открывались.   Иоганн Б.Бур попробовал сам открыть двери, но это ему не удалось. Через   минуту раздался короткий звонок и кабина пошла вниз.    

Когда указатель остановился на цифре "1", кабина не замедлила хода, а продолжала спускаться всё ниже и ниже. В конце концов, она всё же остановилась, постояла с минуту, тренькнул звонок и лифт снова стал подниматься. Иоганн Б.Бур пробовал открывать двери, стучал в стенки, звал на помощь, но ничего не помогало. Лифт явно вышел из строя, и неизвестно, сколько ещё он будет вот так мотаться вверх-вниз.

Тут что-то не так, - думал Иоганн Б.Бур: - не может быть, чтобы лифт просто сломался. Он бы застрял где-нибудь, между этажами, свет бы вырубился, в конце концов, просто свалился бы, но не может же он вот так ездить туда-сюда из-за неисправности. Да и обратил бы, наверное, кто-нибудь внимание, есть же здесь какие-нибудь лифтёры или монтёры. Вообще, странный лифт какой-то. Как, например, мне на десятом этаже выйти - здесь же нет никаких кнопок, никаких тумблеров. Одна только Большая Красная Кнопка. А что это, кстати, за кнопка, большая и красная? И почему нельзя трогать эту кнопку, какое тут может быть государственное преступление. Такие кнопки, которые государству угрожают, в лифтах не ставят, их совсем в других местах делают, и охраняют такие кнопки вооружённые люди. Что-то нечисто с этой Большой Красной Кнопкой, не для того она здесь торчит, чтобы на неё нажимать нельзя было, да ещё государственным преступником из-за этого становиться.

И Иоганн Б.Бур нажал Большую Красную Кнопку.

Плевать я хотел на ваши кнопки, - подумал он: - и на ваше государство я плевать хотел, мне бы только возвращатель собрать и прости-прощай всякие кнопки, пункты, оракулярии и унтер-клерки.

Кабина замедлила ход и остановилась. Двери бесшумно разошлись в стороны, Иоганн Б.Бур вышел из лифта и оказался в большом холле с мягкими креслами, цветами в кадках и огромным, на весь пол, мохнатым ковром. Навстречу ему спешил весело улыбающийся человек в безукоризненно сидящей на нём чёрной тройке, с элегантной папкой в левой руке. Правую руку он ещё издали протягивал вперёд для рукопожатия.

- Добрый день, господин Иоганн Б.Бур, добрый день! Прошу прощения, что заставил Вас ждать, дела, знаете ли, дела. Но это ничего, это мы наверстаем. Да, кстати, разрешите представиться: обер-клерк Верховной Оракулярии Шарль Риккерт де Винье, Ваш покорный слуга, господин Иоганн Б.Бур.

Обер-клерк тараторил без умолку, он взял Иоганна Б.Бура под руку и теперь тащил его за собой по широкому коридору, устланному дорогим ковром. Они вошли в какую-то стеклянную вертящуюся дверь и оказались в маленьком уютном баре с кондиционером, вентилятором, батареей бутылок с яркими этикетками и улыбающейся блондинкой за стойкой. Блондинка была хороша, местный коньяк ещё лучше, а обер-клерк Шарль Риккерт де Винье просто обворожителен.

- Можете звать меня просто Рикки, так меня все здесь зовут. Как Вам нравится коньяк, господин Иоганн Б.Бур? Это специальный сорт из виноградников Седьмого Управления, технология совершенно оригинальная, патент Верховной Оракулярии...

- Господин обер-клерк, простите... Рикки. - Иоганн Б.Бур никак не мог опомниться, он совершенно перестал понимать происходящее, - дело в том, что... как бы сказать... совершенно случайно... непреднамеренно... задел плечом... в общем, я нажал Большую Красную Кнопку в лифте.

- О, пустяки, совершеннейшие пустяки, не стоит беспокоиться. Иначе б Вы и не смогли выйти из этого лифта, там же нет других кнопок. Может, попробуете мороженое? Рекомендую с шоколадным сиропом - восхитительно освежает!

- Да... но ведь это Государственное Преступление!

- В самом деле? О, Вы большой шутник! Надо будет рассказать Шефу, он любитель таких шуток. Большой знаток!... Надпись? Неужели там была такая надпись? Ох, Вы меня уморите... Ещё и унтер-клерк... ох, не могу... ха-ха-ха... Спал, говорите? И стол опрокинул! Положительно, господин Иоганн Б.Бур, Вы найдёте общий язык с Шефом. Он обожает весёлых людей и смешные истории. Однако, не смею Вас задерживать, Вы, вероятно, торопитесь к Шефу, а я, знаете ли, воспользовался возможностью... приятно поболтать с умным и остроумным человеком. Пропуск? Какой пропуск? Ах, да, я и забыл, что Вы у нас ещё не работаете. Ну, это пустяки! Вот Вам штемпель, давайте отрывной талон, всё равно какой - они все одинаковые... Кабинет Шефа этажом выше, можно подняться по лестнице. Извините, что не могу сопровождать Вас, у меня нет пропуска туда... Надеюсь, мы ещё увидимся... всего хорошего, господин Иоганн Б.Бур...

Непринуждённой походкой преуспевающего чиновника обер-клерк Шарль Риккерт де Винье покинул бар. Иоганн Б.Бур задумчиво глядел на дверь, которая всё вертелась и вертелась, раскрученная энергичным обер-клерком, и никак не могла остановиться.

Вот так и я, - подумал Иоганн Б.Бур: - верчусь со своим поломанным возвращателем и всё без толку. Как белка в колесе. Сколько я уже в этой реальности? Да, как раз сегодня будет четыре месяца. Четыре месяца бесполезных шатаний по всем инстанциям, переговоров, объяснений, заявлений и резолюций. Чёрт знает что такое, не реальность, а какая-то чудовищная канцелярия, раздутая до размеров Вселенной. А главное, непонятно, чем же они всё-таки здесь занимаются? Для чего всё это нужно? Какой в этом смысл? Взять хоть эту Верховную Оракулярию, для чего она? Оракулы это, кажется, что-то вроде пророков, прорицателей будущего. Что же они тут, будущее предсказывают, что ли? Гадают на кофейной гуще с помощью электронных компьютеров? И зачем вообще ЗДЕСЬ нужно предсказывать будущее? Насколько я понимаю, колонии устраивают в реальностях, чтобы их изучать и осваивать. А они тут ничего не изучают и не осваивают. Да и осваивать-то тут нечего. Ни морей, ни океанов, ни гор, ни пустынь, ни лесов, ни рек... Только сплошной ковёр голубой травы - от полюса до плюса. Что-то вроде обычного клевера, даже на вкус похоже. И бесчисленные мелкие озёра; самое большое, недалеко от Города, всего сто метров в диаметре. И с фауной никаких хлопот - только зелёные бабочки, да жёлтые кузнечики - вот и всё, до чего смогла додумать здесь природа. Райский мир! Идеальное пастбище для крупного и мелкого рогатого скота. Экспорт мяса и молочных продуктов для гурманов всех реальностей. Розовощёкие пастушки, раздобревшие на молочной диете, весёлой гурьбой окружили овцебыка-рекордсмена и умильно улыбаются в объектив фотоаппарата. На заднем плане, как положено, индустриальный пейзаж - стекло и металл молочной фермы. Сверху - устремившийся в иные миры силуэт возвращателя-рефрижератора с грузом фирменного голубого сыра на борту. Идиллия!...

- Господин Бур! Простите... - блондинка за стойкой смотрела на него в упор, машинально водя тряпкой по сверкающей чистотой стойке. Задумавшись, Иоганн Б.Бур совсем забыл о её существовании.

- Простите, господин Бур, но мне кажется, Вам пора идти.

Иоганн Б.Бур удивлённо посмотрел на неё:

 - Вы меня прогоняете?

- Ну, что Вы, господин Бур! Как можно! Бывают, конечно, надоедливые посетители, иногда приходится выпроваживать. Но вы мне как раз нравитесь... как посетитель. - поспешила добавить она.

- Как Вас зовут? Если это, конечно, не секрет.

- Ирэна. - блондинка слегка покраснела.

Это смущение ей идёт, - подумал Иоганн Б.Бур, разглядывая девушку: - Она красива и я ей тоже нравлюсь. Как посетитель, конечно. У меня складывается такое чувство, что я здесь всем очень нравлюсь. Так нравлюсь, что меня не хотят отпускать. А чтобы не обидеть, придумывают разные благовидные предлоги. И что они во мне нашли интересного? 

- Вы ведь недавно у нас, господин Бур?

- Четыре месяца... А откуда Вы знаете?

- Ну, догадаться не так уж трудно! Ваш взгляд... и эта привычка задумываться...

- Простите, я, кажется, действительно немного размышлял... А что это Вы говорили насчёт моего взгляда? У меня что-то неладно с глазами?

- Напротив, всё в порядке. - девушка засмеялась.

- Значит, наоборот, у тех, кто здесь давно, какой-то не такой взгляд? И они не имеют привычки задумываться? - Иоганна Б.Бура начал интересовать этот разговор.

- Это трудно объяснить... Извините, господин Бур, но по-моему Вам действительно пора идти к Шефу... Не подумайте, что я Вас прогоняю.

- Да, конечно. Меня уже, наверное, ждут. Ну что ж, до свидания, Ирэна. Коньяк был очень хорош.

Иоганн Б.Бур направился к выходу из бара. Он уже взялся за дверь, когда услышал позади себя торопливые шаги. Иоганн Б.Бур обернулся. Ирэна подошла к нему и взволнованно схватила за руку. Покраснев ещё больше, она дотянулась до его уха и быстро прошептала:

- Иоганн, Вы будете у Шефа. Если Вам не трудно, спросите его, как там моё дело? Только не говорите, что это я Вас просила.

- А какое у Вас... - начал было Иоганн Б.Бур, но девушка вдруг испуганно зажала ему рот рукой.

- Всего хорошего, господин Бур. Надеюсь, мы ещё увидимся с Вами?

- Да, да, непременно. - пробормотал Иоганн Б.Бур, в изумлении уставившись на Ирэну. Но она уже выталкивала его из бара.

Стеклянная дверь закрутилась и выкинула Иоганна Б.Бура в коридор. Он чуть не налетел на какого-то человека, буркнул "простите" и направился было к лестнице. Но вдруг замер на месте - перед ним стоял обер-клерк Шарль Риккерт де Винье. Он не улыбался.

- О чём Вы говорили с Ирэн? - спросил он подозрительно.

- О погоде! - рявкнул Иоганн Б.Бур и почти побежал по коридору. Он уже устал удивляться. Он был просто зол.

Но обер-клерк догнал его у самой лестницы и схватил за плечо. Иоганн Б.Бур хотел уже высказать этому Рикки несколько резких слов об аморальности подслушивания, как вдруг обер-клерк, умоляюще глядя ему в глаза, прошептал:

- Иоганн, Вы будете у Шефа. Если Вам не трудно, спросите его, как там моё дело? Только не говорите, что это я Вас просил.

И тут Иоганну Б.Буру стало смешно. Он смеялся и никак не мог остановиться. А бедный Рикки стоял, закусив губу, и непонимающе таращил на него глаза. Наконец, Иоганн Б.Бур отдышался, вытер выступивший на лбу пот, весело подмигнул обер-клерку и похлопал его по спине.

- Всё будет в полном порядке, Рикки! Можете не волноваться! Я всё улажу самым наилучшим образом.

Иоганн Б.Бур резко повернулся и, не оглядываясь, взбежал по лестнице на следующий этаж.

Пока Автоматический Пропускной Контроллер, сверкающий пластиком и металлом, переваривал в своей утробе его пропуск, Иоганн Б.Бур тщетно пытался успокоить нервы. На осмысление происходящего у него уже не хватало сил. Лишь бы успокоиться и привести себя в порядок для встречи с Шефом.

Кабинет Шефа находился в конце длинного, прямого как стрела, коридора без окон и дверей. Медленно продвигаясь к цели своего путешествия, Иоганн Б.Бур старался придать своему лицу выражение абсолютной непроницаемости.

Теперь меня ничто не должно удивлять, - размышлял он: - абсолютно ничто. Мне на всё наплевать, меня ничего не интересует, мне ничего не надо. А зачем же я сюда иду? Очень просто: я иду потому, что у меня есть пропуск. А раз у меня есть пропуск, значит должна быть и какая-то цель. Даже если она не имеет шифра...

Иоганн Б.Бур остановился и потёр пальцами виски.

Что-то у меня с головой не в порядке, как-то я думаю не так, как надо. С глазами у меня как раз всё в порядке - это у них взгляд неправильный. А у меня правильный - Ирэна знает, она это точно знает. А вот с головой... Что-то я не могу вспомнить, зачем я здесь... Как я здесь оказался... Я здесь четыре месяца, это я точно помню... А где я был раньше? Почему меня здесь не было раньше?... Ну, да, я же был в другом месте. А потом оказался здесь. Всё правильно. А здесь я уже четыре месяца. Я везде хожу, всех спрашиваю и всем объясняю. Что же я им объясняю? Что-то мне от них нужно, что-то очень важное... только я забыл, что именно... А раз забыл, то значит и не очень важное... важное не забывают...

Коридор кончился. Перед Иоганном Б.Буром была дверь, обитая чёрной кожей. На двери висела голубая табличка. Крупными чёткими буквами выделялась надпись:  

ГОСПОДИН ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ ПРОРОК.

Иоганн Б.Бур вошёл в комнату, тщательно прикрыл за собой дверь и решительно   направился по голубой ковровой дорожке к возвышающемуся в конце комнаты   столу. Он шёл точно по центру дорожки и не сводил глаз с точки на стене   в двух метрах от пола. Боковым зрением он отметил момент, когда до стола   оставалось около трёх метров. Лицо его было абсолютно непроницаемо.    

Иоганн Б.Бур остановился и торжественно произнёс:

- Здравствуйте, Господин Действительный Пророк.

Ноги сами собой щёлкнули каблуками.

В ответ он услышал тихий смех. Иоганн Б.Бур опустил взгляд. Прямо перед ним, развалившись в кресле и улыбаясь, сидел Андрей Щукарь. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—1 (71)

– Господин Бог! Вы меня слышите? У Вас неприятности?

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Сон N 2. 

Секретарша утонула в ванной. Посла убили террористы, а в его стране в связи с большим наплывом иммигрантов случился военный переворот.

Вместо любви мне снятся болезни. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—27 (72)

Он ПОНЯЛ : Это — День Непонятного Предназначения.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

ДЕНЬ ВТОРОЙ - ДЕНЬ НЕПОНЯТНОГО ПРЕДНАЗНАЧЕНИЯ

Он затушил сигарету и засунул Своё Дело под диван. Потом вышел в Деревню, которая ревела, завывала, всхлипывала и хохотала, противопоставляя себя ему.

Из окна дома слева на него выплеснули ведро помоев. С крыши дома справа на него свалилось бревно.

Тогда он ПОНЯЛ. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—31 (73)

Шестой вариант.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Террорист, подложивший бомбу под Управление, оказался его бывшим Директором.

Управление, не дрогнувшее от мощного взрыва, оказалось иллюзией.

Добровольные собрания людей оказались принудительными собраниями нелюдей.

Деревня оказалась Городом. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 10 (74)

Конечно, лежа у Красной Стены, можно послушать Пола Маккартни, а на деревенском погосте — только птиц.

Разница, как вы понимаете, большая.

в начало фрагмента

Через всю огромную площадь долетают голоса и стук ломов и лопат. У подножия стены навалены горы земли и булыжника. Взобравшись повыше, заглядываю вниз и вижу две огромные ямы, где при свете костров работают лопатами сотни рабочих и солдат.

Молодой студент заговаривает со мной по-немецки. "Это братская могила, - говорит он, - завтра мы похороним здесь пятьсот пролетариев, павших за революцию."

Кирки и лопаты работают с лихорадочной быстротой. Все молчат. Над головой небо густо усеяно звёздами, да древняя стена царского Кремля уходит куда-то ввысь.

"Здесь, в этом священном месте, - говорит студент, - самом священном во всей России, похороним мы наших святых. Здесь, где находятся могилы царей, будет покоиться наш царь - народ."

Со всех улиц на площадь стекаются толпы народа. Здесь тысячи и тысячи людей, истощённых трудом и бедностью. Приходит военный оркестр, играющий "Интернационал", и вся толпа стихийно подхватывает гимн, медленно и торжественно разливающийся по площади, как морская волна.

Так пишет в Начале зимы года Красной Змеи американский журналист Джон Рид. Через два года он умирает и его хоронят у Красной стены. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—16 (75)

И неизвестно, что лучше.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Умеющий говорить провалился в пропасть.

Высокие стебли трав склонились над моим лицом и обвили шею мою, сжимаясь всё туже и туже. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—17 (76)

Все встало на свои места. И тихонько замкнулось.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Старый опытный палач не промахнулся - и голова прекрасной принцессы покатилась с помоста по лестнице ажурной, нарисованной тонкой линией.

Птица с золотыми волосами в гнезде своём кормила птенцов вкусной пищей.

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—13 (77)

Против лома нет приема. Какие уж тут зеркала.

Но согласитесь: так гораздо печальнее.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

В саду раздался грохот. Красная стена вспыхнула сверканием инея. После второго удара она обрушилась и над её обломками, из-под которых выбивались тонкие ветви раздавленных яблонь, сверкающие инеем, закачался маятник стального ядра. ¶   

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 11 (78)

Возмущаясь зверствами древних тиранов, мы как бы забываем о современных.

Возмущаясь зверствами современных тиранов, мы как бы забываем о древних.

Может быть, все дело в Великой Китайской Стене?

в начало фрагмента

Когда Ин Чжэн объединяет китайские земли и становится первым императором Поднебесной Цинь Ши-хуаном, он мобилизует народ на великие стройки империи.

Великую китайскую стену строят миллионы преступников, собранных со всех концов страны. Но мудрый советник Ли Сы говорит, что этого недостаточно. Он предлагает ввести в империи единомыслие. Для этого нужно сжечь "Книгу Песен" и "Книгу Истории".

В Ясные дни года Жёлтой мыши на всех городских площадях Поднебесной ярко горят костры из бамбуковых книг.

Учёным мужам это не нравится. Поэтому Цинь Ши-хуан поручает цензорам учинить допрос всем учёным. Цензоры рьяно берутся за дело и учёные мужи наговаривают один на другого, дабы обелить себя. В результате тысячи учёных мужей отправляются на Север - строить Великую китайскую стену.

А самым опасным учёным - 460 человек - делают кэн. "Кэн" по-китайски означает, конечно, "погребение заживо". ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—30 (79)

Не получилось третье.

Получилось и то, и другое.

Велика сила искусства.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Когда гости проснулись, они стали рассматривать картину.

Те, кто сидел справа, увидели маленькую девочку в белом платье, которая разговаривала с большой мохнатой гусеницей. Те, кто сидел слева, увидели голую беременную бабу без головы, которая держала в приподнятой руке какую-то грязную тряпку.

Художник сидел на балконе в плетёном кресле и смотрел в безоблачное синее небо мёртвыми глазами. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—28 (80)

Мужчины и женщины, негры и китайцы.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Человек в меховой безрукавке, заросший седыми волосами, выдал каждому тускло поблескивающую, позвякивающую и пахнущую новой смазкой штуковину.

Они вышли в ночную мглу, они рассыпались веером, они шли через леса и луга, они поливали из своих штуковин всё вокруг чем-то тускло поблескивающим, громко позвякивающим и густо пахнущим, - тем, что заслужил этот мир. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—29 (81)

В зеркало перестали смотреться.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Когда я вернулся в свой деловой город, я не узнал его.

На центральной площади возвышался огромный шатёр балагана. Неоновые буквы скакали над куполом:
 

"НАШ ВЕСЁЛЫЙ КОЛУМБАРИЙ"

Из динамиков во всю их акустическую мощь вырывалась музыка и хриплый голос певицы кричал:
 

Я маленькая балерина,
всегда нема, всегда нема.
Вам скажет лучше пантомима,
чем я сама, чем я сама.

По периметру площади по подсвеченным прожекторами афишам кружила в стремительном танце маленькая танцовщица - огромная, в три этажа. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


Красная Стена 12 (82)

Поскольку Великая Китайская Стена уже построена, студент не прав. ¶

в начало фрагмента

Один китайский студент в детстве играет в игру под названием "Критика Линь Бяо и Конфуция". Когда он учится в Пекинском педагогическом университете, профессор Чжоу Гучэн предостерегает его от чрезмерного увлечения Западом. Студент пишет большое дацзыбао и вывешивает его на университетской стене.

Молодой китайский революционер Цзи Чжи приезжает в Страну Советов учиться. Он влюбляется в свою первую учительницу русского языка. Их сына зовут Леонард Сергеевич Переломов. Он пишет книгу "Конфуций: учение, жизнь, судьба".

Леонард Сергеевич стоит перед стеной Пекинского педагогического университета и читает дацзыбао. Там написано: почётному советнику Фонда Конфуция профессору Чжоу Гучэну нужно сделать кэн. Кэн по-китайски означает, конечно, "погребение заживо".

Леонард Сергеевич Переломов стоит перед стеной Пекинского педагогического университета в дни Больших снегов года Красного тигра. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—9 (83)

Произошли перемены, но сумма слагаемых не изменилась.

Однако, зря этот И.Бур вздыхает. Ему же никто не собирается делать кэн.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

В целях упорядочения общественного порядка пение хором было разрешено и предписано только во время марширования в колонне по четыре. Хатху-йогу запретили. Световые лучи заменили прожекторами.

Потом произошли перемены.

Марширование в колонне по четыре запретили. Пение хором, хотя и осталось легальным, было подвергнуто суровому моральному осуждению. Хатху-йогу ввели обязательным предметов в начальной школе. Прожектора заменили лазерами.

Иоганн Бур вздохнул и продолжил исполнение своего гражданского долга. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—21 (84)

Значит, уже пора.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

в орбитах глупых планет,
 
в спиралях липких часов
 
 
не различаю тебя,
 
 

невидимый смерч одинокого духа Ойлин!

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—33 (85)

Все игры заканчиваются одинаково.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Краткая сводка результатов многоугольной комплексной игры:

@Ми спился.
@Ир сел в тюрьму.
@Р вышла замуж и нарожала кучу детей.
@М вышла замуж и нарожала кучу детей.
@Е вышла замуж и нарожала кучу детей.
@К вышла замуж и нарожала кучу детей.
@О умер в больнице.
@Л умер на улице.
@Евгения эмигрировала.
@О.Н. умер в собственной квартире в одиночестве.
@Н - жену @О.Н. - повысили в звании. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—34 (86)

— Но всё же надежды мне чудится свет.

Архитектор ответил: — Нет.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

Андрей Щукарь вскочил на стол и произнёс речь:

- Мир устроен плохо. Даже скверно. И нет ему оправдания. Ничему нет оправдания. Оправдание - это слишком роскошно при нашей бедности. Поэтому нам приходится довольствоваться констатацией. Такова природа вещей, так устроен мир. Плохо устроен. Даже скверно. Ничего не поделаешь. Нечего делать.

Закончив, он помолчал, пожал плечами и свалился замертво.

Иоганн Бур медленно обошёл стол, сел в кресло и задумался.

Потом закурил сигарету. ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—32 (87)

 

Такие дела.

 

в начало фрагмента

 

 

Архитектор умер.

 

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


—25 (88)

 

Такие дела.

 

в начало фрагмента

 

 

Ученик умер.

 

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


ЦЕНТР 4 (89)

Грядет коммунизм в 30-м тысячелетии в галактических масштабах.

Все такие дела необходимо отложить.

Такие дела. ¶

в начало фрагмента

ВСЕМ!   ВСЕМ!   ВСЕМ!
ИЗ   СПИСКА   НОМЕР   ДВА! 
 
секретно сверх всякого ожидания 
 

ДИАГОНАЛЬНАЯ ДИРЕКТИВА
ДРЕЙФУЮЩЕЙ РЕЗИДЕНЦИИ ЦЕНТРА

Сообщаем, что в результате перекрёстного наблюдения Янтарного Скопления и кругового вычисления центростремительных течений обнаружена протохроническая аномалия, содержащая невиданные доселе структурные вихри.

Всем жителям пограничных Деревень предлагается рыть защитные рвы и строить дубовые заборы. Во избежании вертикальных пертурбаций Директорам Управлений надлежит окопаться в собственных кабинетах. Донорам с голубой кровью незамедлительно сдать все излишки.

Избегайте непредусмотренных контактов! Посадочные площадки засеивайте только крупноблочными злаками! Сигнальные огни повернуть внутрь! Дистанционное управление прекратить вплоть до особого распоряжения! Все левозакрученные Доктрины подшить и связать в снопы!

В связи с возможной нереактивностью Протохроноса все диагональные перемещения переходят в разряд особо опасных. Повышается вероятность зацикливания текущего момента. В целях предупреждения временных петель все такие дела необходимо отложить до окончания кризиса.

В силу неизбежности досрочного упорядочения турбулентной документации вступает в действие Особый Пункт Критической Главы Центральной Программы Одержания. Все недовольные будут дехронироваться непосредственно на месте недовольства! Текущий момент объявляется не подлежащим обсуждению во всех своих параграфах!

Post scriptum: Всем, бреющим уши, незамедлительно обратиться в Косметический Салон Верховного Трибунала.

§12 текущего момента центрального времени.
ЦЕНТР ¶

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


конец 1 (90)

 

ОТ    КОММЕНТАТОРА:

 

Чушь собачья!

Такие дела.

в начало фрагмента

ОТ АВТОРА:

Я верю: если людей, которых я знал, расположить в пространстве и времени в определённом порядке, получится красивый и осмысленный орнамент. Я мыслю себя в центре узора, я неподвижен, и вокруг меня медленно вращаются миры. Такова Центральная Идея, таково Учение, которое я создал для объяснения Вселенной.

Ах, если б я мог сложить этот орнамент! Увы, это невозможно - такова оборотная сторона Центральной Идеи, честь открытия которой также принадлежит мне.

Сложить орнамент нельзя, но нельзя и не складывать его. Всю жизнь я буду перебирать камни мозаики, раскладывать их так и эдак, любуясь и вздыхая. Игра света и тени; воспоминания, сны и навязчивые мысли; диалоги, монологи, некрологи.

Читатель!

Ты не поймёшь этой книги, если не поймёшь моей Центральной Идеи. Чушь собачья!... ¶

 

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


конец 2 (91)

Боконон написал по этому поводу:

" Будь я помоложе, я написал бы историю человеческой глупости, взобрался бы на гору Маккэйб и лег бы на спину, подложив под голову эту рукопись... И я стал бы статуей, и лежал бы на спине, жутко скаля зубя и показывая длинный нос — САМИ ЗНАЕТЕ КОМУ! "

в начало фрагмента

 

Вершина Фудзи-горы густо усеяна хрустящими раковинами улиток.

 
 
Печальное зрелище!
 

Грустный звук!

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Северо-Запад Северо-Восток
Юго-Запад Юго-Восток
Вверх-Вниз
Назад Вперёд
Вперёд
В начало

Комментарий


конец 3 (92)

Но я не Боконон.

Поэтому напишу обратную хайку (с обратным числом слогов в строках 7-5-7):

 

Сложена из раковин

Вся гора Фудзи.

От того так высока!

 

в начало фрагмента

 

Вершина Фудзи-горы густо усеяна хрустящими раковинами улиток.

 
 
Печальное зрелище!
 

Грустный звук!

в начало фрагмента

в начало микромана

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

конец конец конец
конец конец конец
конец конец конец

в начало микромана