Игорь Бурдонов

КУТОК

 

Вообще-то, это текст к акварелям, нарисованным летом 2000 года в деревне Липовка и показанным, во-первых, там же, на Липовском вернисаже, и, во-вторых, в Москве на вечере Клуба "Подвал #1", который назывался "След улетевшего". Цифрами как-раз и пронумерованы картины.

 

Липовка - это просто деревня. Как ни странно, она существует на самом деле - в глуши Рязанской губернии, почти на границе с Мордовией. От шоссе деревню отделяют луга, река Мокша, снова луга, Старица и опять луга. Старица - это старое русло реки Мокши, которое стало длинным озером.

Через Мокшу переправляемся на деревянной лодке. Идем по лугам, потом вдоль речки Панинка, соединяющей Мокшу и Старицу, по тропинке среди кустов и деревьев. Весной речка Панинка течет от Мокши к Старице, летом и осенью - в обратную сторону. У нас есть резиновая лодка, мы надуваем ее и плывем вдоль Старицы, чтобы пристать поближе к деревне. Идем по дороге и приходим в Липовку. Там у меня свой дом. И я утром сижу на крыльце и смотрю в сторону леса. И я вечером сижу на веранде и смотрю на закат солнца.

          1. Дорога в тумане
          2. Между Мокшей и Старицей
          3. Вид заката из окна веранды
          4. Утром сижу на крыльце
          5. В лугах
          6. Переправляюсь через Старицу

Улица, на которой стоит мой дом, называется Куток. Куток - значит уголок, потаенное место. Дома на потаенной улице немного грустные. Они могут быть веселые и хмельные, светлые и радостные, но все равно - немного грустные. Это потому, что время оставило на них свои следы, и сами они - след улетевшего времени, медленно тающий. Дома в Липовке не нумеруются. Может быть, где-нибудь, в каких-нибудь списках у домов есть номера, но вряд ли кто знает номер даже собственного дома. Я тоже не знаю. Дома в Липовке называют по именам хозяев. Кто-то живет в деревне постоянно - это местные, кто-то лишь наездом - из Сасово, Рязани, Москвы.

  1. У самого края Кутка, стало быть, в закутке, в сторонке стоит дом Володи Матео. У него такая фамилия, потому что он сын испанского ребенка. Недалеко от дома он поставил высокий шест с тележным колесом наверху. Это чтобы аисты вили там свои гнезда. Но аисты предпочитают крышу водонапорной башни, потому что она выше. Я сочинил хайку про аистов и Володя сказал: "Если бы это была испанская поэзия, я бы с тобой поспорил, а так - не буду."
  2. Дом второй. В этом доме, у Сережи Шереметьева, любит собираться молодежь. А когда приезжают родители Сережи, молодежь собирается в другом месте. Я же просто прохожу мимо.
  3. Дом третий. Здесь живет поэт и философ баба Люба. Родом она из соседней деревни Шевали-Майдан, но в Липовке провела всю свою жизнь. А лет ей уже 88. Обычная жизнь, проходящая в повседневности, не выходящая за край-предел и наполняющая собой край-родную сторону, жизнь в деревне Липовка, в деревянном пятистенке на конце улицы, называемой "Куток", жизнь, хотя и связанная с дальними городами сыновьями и дочерьми, внуками и правнуками бабы Любы, но укоренëнная именно здесь, хотя и тревожимая вестями с экрана телевизора или мембраны радио, но так, как тревожим лес ветрами, прилетающими издалека, и остающийся неколебимым благодаря корням, глубоко ушедшим в землю, лес, который посадила когда-то баба Люба. Вот почему я называю бабу Любу поэтом - в том изначальном смысле, в котором поэт - значит человек, в своей жизни и своëм слове не отступающий от живого смысла мира. Вот почему я называю бабу Любу философом, ведь философия - это захваченность истинным бытием и нацеленность на суть мира. Хотя сама баба Люба, по-видимому, ничего не знает о философии и поэзии. Она просто поет старые песни и рассказывает о своей жизни.
  4. В четвертом доме давно никого нет. Были когда-то папа с сыном - мы их называли бегемотики, потому что они были толстенькие. А теперь никого нет. А рядом с домом растет большое дерево с толстым стволом. Не назвать ли его бегемотиком?
  5. Дом пятый. Дом под соломенной крышей. Другого такого в деревне нет. Дом под соломенной крышей. Крыша уже прохудилась. Что же не едут люди в дом под соломенной крышей? Гроздья красные рябины нависают над крышей и заглядывают в окна.
  6. В шестом доме живет Таня Хазова. У нее есть собака Степан, который имеет привычку незаметно подбираться сзади и кусать за ноги. Поэтому многие Степана не любят. Таня жалуется: "Он ведь, в душе, хорошая и добрая собака". И тогда мы сказали: "Ну, конечно, мы понимаем. У нас тоже была собака и мы все ходили покусанные. И плакали, когда она умерла".
  7. Дом седьмой. Это дом Наташки-"Селивашки", потому что у нее фамилия Селиваненко, а Наташ много. Ее маму зовут Вержиния, потому что Вера - имя недостаточно редкое. В огороде за домом - прекрасная плантация серой полыни. А чуть дальше, на взгорке - деревенский погост. Наташа любит экзотические ароматы, поет песни и играет на гитаре. А еще она работала гидом туристической фирмы в Египте. Поэтому я сочинил про нее такой лимерик:
     

    У талантливой леди с Египта
    в доме пахло всегда эвкалиптом.
    Только не было дома - ну, что здесь такого?
    И, сказав "это просто!",
    прикупила земли у погоста
    та беспечная дама из Липовки.

  8. Дом восьмой. В этом доме жила бабушка. У нее была фамилия Ахухина. Ее забрали в город. А больше я ничего не знаю.>/p>

Дальше по Кутку есть еще дома, но я их нарисовать не успел. Поэтому переходим на другую сторону улицы и опять начинаем с начала.

  1. В крайнем доме живет Тоня. Она моя соседка. У нее замечательный вишневый сад. Я люблю приезжать в мае, чтобы смотреть на белый цвет, переливающийся через ограду на мой участок. От этого солнечный свет становится как будто лунным. А если встать в середину вишневых деревьев, может показаться, что ты в середине облака.
  2. Второй дом с краю местные называют "Березовским", потому что когда-то, лет двадцать назад, здесь жил старик-бондарь по фамилии Березов. "Старик-горюн" - называла его баба Люба, когда он остался один и долго более перед смертью. Теперь это мой дом.
     

    Зачем я купил этот дом?
    Зачем мне Липовка?
    Чтобы рисовать картины, сочинять стихи и писать тексты.
    Если копнуть глубже - чтобы просто жить.
    Еще глубже - чтобы готовиться к смерти.
    И, наверное, на самом дне -
    чтобы рисовать картины, сочинять стихи и писать тексты.

  3. Дом третий.

    Огород зарастает травой.
    Поросенок уже не хрюкает.
    У крыльца не гогочут гуси.
    Здесь когда-то жила тетя Дуся.
    Очень жаль, что она умерла.

    Баба Люба скучает по своей подружке, они пели на два голоса. А теперь лишь изредка приезжают дети и внуки на несколько дней отдохнуть в родовом своем доме. Многие хотели бы купить этот дом, но он не продается.

  4. Дом четвертый.

    Здесь живет дядя Петя.
    Он встает на рассвете.
    У него много дел и забот:
    куры, козы, жена, огород.
    Упрекнуть дядю Петю не в чем -
    от зари и до позднего вечера
    он все трудится, трудится, трудится...

    "Эх, неправильно живет человек! - говорит баба Люба. - ни веселья не знает, ни праздника! Не может ни петь, ни плясать, ни вина пить!" А меня дядя Петя спрашивает: "Ну что ж они там, наверху? Что ж они думают? Ведь совсем жизнь плохая стала? Дальше уж некуда. Что ж дальше-то будет?" А что мне сказать дяде Пете? "Ну, ладно, - говорит дядя Петя, - Бог даст - живы будем, а не даст - помрем".

  5. В пятом доме живут Гамбургские. Это фамилия такая. Но с ними я не знаком и врать про них не буду.
  6. Дома шестого уже нет. Упал дом. Жил-жил и упал. А дерево осталось. Дерево живет долго.

2000